Шип и хаос. Факультет отверженных

Пустотелая осмелилась заговорить! Почувствовала себя равной! Какая наглость!

Меня буквально оглушило возмущёнными и презрительными окриками в собственном сознании, затопило обидой. Как бы сложилась моя судьба, если бы…

Нет!

Я тряхнула головой, не желая скатываться в темноту и слабость. Сотни раз я повторяла про себя слова старого мага: «Ты не насекомое, не болезнь, которую следует уничтожить. Ты человек и имеешь право на жизнь».

— Не плесень. Человек, — прошептала я одними губами.

— Налево, — наконец решил стражник.

Конечно же! Никто не собирался вести отверженную через главную площадь.

Мы двинулись по узкой тропе дальше. Я сосредоточилась на дороге и приметных деталях: дерево с некрасивым наростом на коре, покосившаяся и потемневшая от времени статуя древнего бога, заросший густой травой пруд. Побег всегда входил в мои планы. Никакая сила не удержит меня в Академии, откуда не возвращаются маги Хаоса.

«Пусть только ошейник снимут», — подумала я, гоня от себя страшную мысль, что теперь это сомнительное украшение прицепилось навсегда.

Постепенно парк становился всё более запущенным и мрачным. За деревьями и кустами, похоже, никто не ухаживал. Дикий шиповник разросся, цеплялся за одежду и царапал кожу.

Стражники ворчали и ломали кусты, а у меня неожиданно задрожали колени при виде здания в конце тропы: серый камень понизу порос бурым мхом, на крыше от ветра скрипел флюгер, окна казались пустыми глазницами мертвеца. Я неспособна была сосредоточиться, увидеть детали.

Пока меня везли в клетке или вели по парку, арест выглядел игрой или дурным сном.

«Ты моя, Кирстен Шип. Моя навеки».

— Что встала?! Шагай! Растеряла дерзость, кошка? — прикрикнул поцарапанный стражник.

Я не заметила, как ноги сами перестали двигаться, тело напряглось и застыло. Оттянув пальцем полоску кожи магического ошейника, я понадеялась вздохнуть глубже. На мгновение в глазах потемнело.

Неизвестность всегда пугала. Никто не знал, что происходит в Академии с магами Хаоса. Они переступали порог факультета и навсегда исчезали из мира живых.

Взгляд мой заметался по затемнённым окнам, по щербатым ступеням перед входом, по кустам шиповника в стороне от здания. Я с усилием протолкнула воздух в лёгкие, когда увидела среди кустов кладбищенскую ограду и могильные плиты.

— Двигайся! Тебя там ждут, — безразличным эхом прозвучали голоса воинов.