Наречённый для ворожеи

– Но защем? – никак не мог понять сын иноземного барона, мучительно пытаясь вспомнить эту самую ведьму.

– Вестимо зачем, тошно нечисти, если не навредит людскому роду. А перед Зарянкой я за тебя словечко замолвлю, – нежно проворковала Рута, строя Ильке глазки, чтобы отвлечь от опасных разговоров. – Или знаешь что? Пусть Заряна опять станет спутницей Тавра, а я твоей. Согласен?

Илька от счастья просто онемел, Тавр выглядел удивлённым и до крайности заинтересованным, Ясь же скромно помалкивал. Он понял одно – болотная ведьма морочила чернявого не иначе как в образе этой девицы.

Едва рассвело, спутники двинулись к деревне по гати и вышли из болота довольно быстро. Осталось привести себя в порядок, оседлать коней и трогаться в обратный путь, в обитель Ордена. В Болотне не улаженных дел больше не осталось.

– Может, заберёшь своих и поедешь с нами? – предложил вдруг Ясю Тавр, когда уже подходили к дому Азея. – Вы же собирались поселиться где-то в наших краях.

– Задерживаться тут действительно не с руки, только куда нам с детьми переселяться? Новый дом ещё не подыскали, – с сожалением пробормотал рыжик.

– Поживёте пока в обители, постояльцы у нас частенько, – поддержала Тавра Рута.

– Оборотня пустят в обитель? – не поверил Ясь.

– Если хочешь знать, со мной в комнате много лет жили две ягини, – не сдавалась ворожея. – А за стенкой бывшая лесавка, пока Альдона не отыскала её родителей.

– И разве ты не хочешь погулять на моей с Позёмкой свадьбе? – привёл Ясю последний довод Тавр.

Потом он хитро посмотрел на свою напарницу, перевёл взгляд на Ильриха, – тот без конца совался к Руте то с любезностями, то пожать украдкой ручку, – и невинно добавил: – Или сразу на двух свадьбах! По-моему, дело идёт к тому.

Через самое недолгое время в обители Ордена Всезаступников действительно сыграли две свадьбы. В один день, а перед этим Тавр направо и налево хвастался, будто бы всегда знал, что Ильрих своего добьётся.

О привороте, странной прощальной выходке болотной ведьмы, Тавр, конечно, не догадывался.

Возможно, не догадывался он и о прежней любви Руты к нему самому. А если и замечал, всё равно выбрал в спутницы жизни Позёмку.

Ну а Ильрих был безоблачно счастлив. Его «светощек», прежде такой колючий, вдруг изменился, словно по волшебству. Рута считала дни до свадьбы, неизменно была нежна, а во время поцелуев даже проявляла нераскрытую пока страстность. Хотя по-прежнему, как приличная девица, полной воли жениху до замужества не давала.