Академия соблазна. Дурнушка из преисподней

Спустя какое-то время мы останавливаемся. Я вздрагиваю, когда резким щелчком пальцев Дэмиан заставляет зажечься факел на стене. Тот освещает пространство в нише перед нами… И статую, что стоит в ней.

Идеальную. Вытесанную из неизвестного мне полупрозрачного темно-синего материала, похожего на мрамор. Вкрапления золотых прожилок переливаются в свете факела, обвивая фигуру женщины со всех сторон. Ее волосы спускаются ниже колен, как у Мегеры… Спускаю взгляд ниже, чтобы прочесть надпись на постаменте у самых ее ног.

— “Гемера”… — тихо произношу я, и до меня начинает доходить понимание. — Ты привел меня…

— …В склеп, — продолжает Дэмиан.

Я замираю, пытаюсь осознать происходящее. Зачем он привел меня именно в это место? Как все это связано с моими родителями? Неужели это кто-то…

— Мать Мегеры, — словно бы прочитав мои мысли, отвечает демон. — Она погибла в той войне.

У меня перехватывает дыхание и я оборачиваюсь к нему. Дэмиан по-прежнему смотрит на меня совершенно беспристрастным взглядом.

В голове мгновенно всплывают слова Фанни: ".

— В той войне? — мне приходится соображать на ходу, сопоставляя факты. — Выходит, Мэг считает… Что мой отец и в смерти ее матери виновен? А я-то тут причем?

Дэмиан на мгновение как-то устало прикрывает глаза, прежде чем ответить.

— Мегера долгое время жила здесь в заточении и изгнании… Лишь недавно она получила шанс что-то для себя исправить. И у нее совсем никого не осталось.

Резкий взмах рукой — и демон щелчком пальца зажигает теперь десятки факелов.

Все они освещают ниши в стенах. В каждой из них — статуя из блестящего мрамора разных цветов.

Сердце начинает ныть еще сильнее, но я отмахиваюсь от этого чувства. Скрещиваю руки на груди и заявляю с вызовом:

— И что? Ты привел меня сюда, чтобы я пожалела твою подружку?

Кажется, демону не очень нравится мой эпитет, да и в целом — язвительность в ответ на его откровение.

— Мне нельзя испытывать гнев, — пусть он и говорит совсем тихо, но при этом бесцеремонно делает шаг вплотную ко мне, отчего я невольно пячусь и упираюсь в стену, — Особенно теперь, когда ты ослабляешь мою печать.

— Я не… — в привычной манере хочу отмахнуться я, мол, я, вообще-то, ничего не делаю, но усугублять ситуацию сильнее не хочется, — Ладно. Не злись на меня.