Академия соблазна. Дурнушка из преисподней

Из моего горла интуитивно вырывается слабый крик, но демон тут же грубо встряхивает меня, отчего я замолкаю.

— Чистокровный? Высокий? — язвительно, буквально по слогам цедит он мне на ухо. — Я задал тебе вопрос.

Каждое слово Дэмиана — ощутимая угроза. Расчлененная на слоги, отчеканенная, четкая угроза. И чем ты думала, Ариана, когда выбирала именно его? Какая же ты дура…

— Почему?

Сердце стучит, как ненормальное. Я даже глаза зажмуриваю от ужаса. Тебе придется ответить на вопрос, Ариана Фортуна. Вопрос, на который ты сама не можешь дать себе ответа…

Или?.

Усилием воли заставляю себя расслабиться. Чтобы хватка демона не была такой ощутимой, легонько прижимаюсь к нему, и даже привстаю на цыпочки, чтобы он не выворачивал мои руки так больно. И, все еще закрыв глаза, произношу:

— Ты… Ты вел себя тогда так, словно и вправду можешь помочь. Даже несмотря на то, что я жалкая, и… И воняю гордыней… Так ты, кажется, сказал?

Быть искренней мне дается очень и очень сложно. Впрочем, как и всегда. Чувствую, как к горлу подступает непрошенный ком слез.

— Мне здесь так сложно, Дэмиан… Я стараюсь быть сильной, но это лишь притворство. Потому что я вовсе не хочу, чтобы меня… Как ты там говорил... Стирали в порошок, — то, что Дэмиан отпускает мои руки, для меня как раз кстати, потому как я могу утереть внезапно выступившие слезы. И отстраниться, снова повернувшись к нему лицом, только я слишком запоздало понимаю, что лучше бы он меня не видел в таком состоянии.

Черт, я даже перед бабулей в последний раз ревела… Уже и не вспомню, когда. Еще в школе, по всяким пустякам, за что себя всегда корила. А уж сейчас… Точно себе еще долго не прощу такой слабости на глазах у незнакомца.

— Можешь рассказать своей напыщенной хозяйке… — я очень-очень стараюсь успокоиться и утереть все новые выступающие слезы, но вот прекратить словесные излияния у меня никак не получается, — Но я здесь за тем, чтобы выяснить… Хоть что-то. Она явно знает о моем отце.

Дэмиан все это время смотрит на меня с совершенно непроницаемым лицом. А теперь и вовсе отходит в сторону. Просто класс. Вот поэтому я и не позволяю себе таких эмоций на людях. Никогда.

— Ладно. Извини. Ты не должен был этого видеть, — прикладываю последнее усилие, чтобы успокоиться, утирая остатки слез и шмыгая носом.