Академия соблазна. Дурнушка из преисподней

Прежняя Ариана осудила бы саму себя за подобное опрометчивое поведение… Но я изменилась. Это место меня изменило. Когда ты каждый день ходишь по краю пропасти… Все внутри переворачивается с ног на голову.

Краем глаза замечаю, как на щеке Дэмиана снова вспыхивает едва-едва заметный контур огненных знаков. На этот раз я просто накрываю его щеку ладонью, словно могу таким образом сказать ему — я рядом, я поддерживаю твою борьбу, я восхищаюсь тем, насколько ты сильный, а главное — я знаю, что все это время ты боролся с самим собой ради меня.

— Дэмиан, — тихонько зову я его, словно это может хоть как-то вернуть его к жизни.

В самом деле… Разве у демонов не ускоренная регенерация? Если бы я могла — точно пнула бы его со злости, особенно, если б была уверена, что таким образом приведу в чувство этого бесхребетного слабака, который уже несколько часов не может прийти в себя.

— Дэмиан, я знаю, что ты жив, — ворчу я, и спускаюсь ладонью слегка ниже, оглаживая кончиками пальцев точеную линию его подбородка.

Какой ужас. Никогда бы не подумала, что стану позволять себе подобные телячьи нежности. Но раз уж я тут практически одна, наедине с собой, и этот белоголовый меня точно не услышит…

Позволяю своему сердцу пропустить болезненный удар, вызванный неясным сокровенным чувством, рвущимся изнутри, говорю уже чуть тише:

— Если ты прямо сейчас придешь в себя, обещаю…

— Что? — вижу, как губы Дэмиана шевельнулись в едва-едва слышном шепоте.

Договорить я физически не могу.

А еще я не думала, что мое сердце будет так ошеломительно биться, радуясь тому, что он приходит в себя.

— Обещаешь что? — уже чуть более слышно переспрашивает Дэмиан, приоткрывая глаза.

Нет, ну вы посмотрите на него! Еще и не унимается!

— Обещаю, что не прикончу тебя повторно за то, что ты вздумал тут пытаться умереть у меня на руках, — язвлю я, невольно наклоняясь чуть ближе к лицу демона.

Да уж, Ариана, ты в своем репертуаре.

— Прости, — тихо выдыхает Дэмиан, чем окончательно меня обезоруживает.

Я могла ожидать чего угодно — ответного сарказма, ну или флирта, в конце концов… А он извиняется. За что, спрашивается? За то, что чуть не погиб и оставил меня переживать? Идиот.