Муравьиный мед

Кое-где мелькали черные тени жриц, но Айра уже знала, что первая половина воскресной службы обходится без их участия. К алтарю она вышла без ошибки, потому что коридор, ведущий к нему, был устлан зелеными колючими ветвями.

- Хижина Мелаген, - прошептал один из юнцов.

Самый большой зал храма не имел даже крыши. Скорее всего, он служил внутренним двором. В центре его высились развалины дома, собранного из неровных камней, перед руинами из снега и мерзлого мха торчал коричневый камень и всюду горели бледные при свете Аилле, но щедро заправленные лампы.

 

- Алтарь Сето, - поспешил торжественно объяснить молодой маг. - На нем Сето, которая шла к алтарю Исс, присела передохнуть. Но Мелаген не пустила ее в хижину. Она даже не вышла к ней. Поэтому этот камень называют проклятым и говорят, что все потомки Мелаген были прокляты, поэтому рассеялся род Мелаген. 

- Почему же жрицы служат на этом алтаре? - спросила Айра. - Почему молодые скрепляют здесь семьи, если камень проклят?

- Они откупаются от проклятия! - прошептал юнец.

- Скоро жрицы принесут сюда корзину и каменный нож. Им следует отсечь голову жертвенной птице и положить тушку в корзину. Или выпустить птицу живой, если жених изменил свое решение. Поэтому и путь долгий, чтобы успеть все еще раз обдумать. Но если молодые отпускают птицу живой, ничто уже не защитит их от проклятия.

- Глупый обряд, - поморщилась Айра и замерла. 

Высокая жрица вышла из коридора, поставила у камня корзину и положила на алтарь вытянутый и острый кусок черного камня, обернутый с одной стороны кожей.

- Уходить надо, - прошептал все тот же юнец. - Здесь никого не должно быть.

Айра не ответила. Она почувствовала, что скрывающая лицо жрица очень сильна, хотя не выдавала себя ничем, разве только движениями, в которых была не спокойная расчетливость, а сила, бурлящая в жилах. Жрица замерла на мгновение, словно с насмешкой взглянула на Айру через закутывающую лицо ткань, развернулась и скрылась в одном из коридоров. В стороне послышался шорох.

В арках, которые начинались за хижиной Мелаген, кто-то прятался. Кто-то молодой и сильный, обуреваемый то ли ревностью, то ли страстью и ненавистью. И снова девчонка словно услышала голос отца: «Оставь их, Айра».

- Уходить надо, - нетерпеливо дернул колдунью за рукав юнец.

- Уходим, - откликнулась Айра, словно не заметив небывалую наглость, и сказала уже громче: - Я расставлю вас вдоль ступеней. Смотрите во все глаза. Если что, ни к Сингу, ни к Аруху - ко мне бегите.