Отвергнутая

Он делает всё, чтобы она чувствовала себя самой любимой на этом свете. И это выражается не в подарках или полевых цветах, что он срывает с клумб в парке при комплексе Ордена и каждое утро приносит ей в комнату. Это проявляется в том, как он говорит о ней. Как смотрит на неё.

Никто и никогда не стремился любить меня так, как он любит её. Они оба ухнули в эти чувства, а я потеряла момент, когда оказалась третьей в этих отношениях. Аля всё чаще проводит время с ним. С ним она проходит испытания иллюминэ.

С ним заводит новые секреты. Что же. У меня тоже есть секрет, которым я не смогла с ней поделиться. И Глеб не стремится облегчить мою ношу убийцы. Это мой крест.

— Ты совсем пала духом, — заметил Ваня от стойки с шарами.

Пока я кромсала салфетки на столе, он успел в одиночку погонять шары, оттачивая мастерство. В этом был весь Ваня — стремление к совершенству. Благодаря путешествию на изнанку, он преодолел последнюю ступень и теперь мог призывать благую магию, войдя в число защитников Алисы.

Он тренировался наравне с Глебом, и вечно соревновался с ним, стремясь превзойти. Вот что нераздельная любовь творит с людьми. Ваня думает, что если преуспеет, то она обратит на него внимание.

Как же мы с ним похожи! Точно так же я выкладываюсь на все сто, чтобы заслужить одновременно одобрительное и недовольное хмыканье Глеба. Чувствую себя жалкой в попытках выслужиться перед ним. Как мне избавиться от этих чувств? Ведь я знаю, что они влюблены. Я лишняя. Всегда лишняя.

Последняя мысль окончательно испортила настроение, и я устало прикрыла глаза. Играть не хотелось. Спать тоже. Возникло безотчётное желание принять приглашение Марка. Пойти на бал темняков, где меня ждут. Пускай всё это из-за Алисы. Пускай сама по себе я никому не нужна. Но быть приглашённой…

— Опять на те же грабли, дорогуша, — очень тихо проворчала себе под нос, но Ваня как-то услышал.

Он поставил шар на подставку и подошёл ко мне, забавно поскрипывая в прокатной обуви.

— Чего нос повесила? — вновь замечает он, а я гримасничаю и качаю головой.

— Пошли гулять, — предложила я. — Вдвоём да в пустом зале скучно. А так хоть Питером ночным насладимся, не вечно же в общаге торчать. Там тоска смертная!

Поднявшись на ресепшн, мы сдали обувь и забрали забытые Алисой воздушные шарики. Выйдя на улицу, мы тотчас заметили неподалёку на набережной небольшую группу темняков во главе с близнецами Черновыми, а перед ними Алису и Глеба.