Отвергнутая

В моей груди немилосердно заколола игла, оставленная владыками, но я, стиснув зубы и сдерживая тошноту, вытащила меч в тот момент, когда светоч защитил меня от смертельного удара другого темняка, отрубив голову птицы.

— Вас нужно увести отсюда! — заорал он, поднимая Алису и толкая её ко мне. Он зло сплюнул на землю, а потом вступил в бой сразу с тремя гиенами, со злым смехом налетевших на нас.

Я заслонила дрожащую, как осиновый лист, Алису, выставляя вперёд меч, пока светоч отбивался от тварей. Мы оказались на боковой аллее в стороне от основного сражения, но я прекрасно понимала, насколько ничтожны наши шансы выжить.

Сколько мы ещё продержимся, когда над головами безумствует зимний ветер и гремит дьявольский гром? Когда темняки так яростно и торжествующе рычат, а светочи стонут под многоликим врагом? Молитвами отсюда не выбраться. Нас спасёт только чудо.

— Я боюсь, — шепчет Алиса, когда к нашим ногам падает вепрь со светящейся стрелой в спине. Она зажигает его целиком, и мы отступаем от белого пламени.

— Я тоже, — говорю, понимая, что она меня не слышит. Развернувшись, притягиваю её к себе, бросая меч и заглядывая в её невозможно синие глаза, такие огромные на белом, как мел, лице. — Кажется, время пришло. Ты ведь тоже чувствуешь это?

— Да! — восклицает подруга.

Когда рядом с нами возникает покрытый кровью светоч, мы хватаем его за руки и проваливаемся в чёрное молоко. А когда дымка спадает, вокруг нас оказался дремучий и заколдованный лес звериной изнанки.

Глава 4. Отравленный миндаль

Звериная изнанка — мир иллюзий,созданный как ловушка для владык,но ставший для них домом.

— Какого чёрта? — взъярился парень, вырываясь. Не выпуская меч из рук, он озадаченно оглядывается. — Да как вам в голову пришло затащить меня сюда?!

— Вячеслав сказал, что нужен защитник, — заискивающе отвечает Алиса. — Ты оказался ближе всех.

Он в немом шоке смотрит на неё. Даже рот приоткрыл от удивления, превратившись в очаровательного мальчишку. Только сейчас я поняла, что он не старше нас.

Юноша с пухлыми губами и лисьим разрезом глаз. На его чёрной форме серебристыми нитками вышит символ бесконечности, что подчёркивало ученический статус.

— Я всего лишь учусь, — помертвев от открывшихся перспектив, сказал он, взъерошив кудрявые волосы. — Я даже не знаю, что нужно делать и как отсюда выбраться!

Наша игра в гляделки закончилась сразу, как мы услышали далёкий протяжный вой. Тогда же до нас дошло, что мы и правда оказались на звериной изнанке.