Истинная поневоле, или Сирота в Академии Драконов

И не факт, что на новом месте удастся быстро устроиться. Денег у меня мало, как таковой специальности нет. Я могу остаться без крова и еды в незнакомом месте. Но…

— Есть ли у меня выбор? — спросила в тишину казармы, потерев почти неощутимый на коже рисунок.

Помимо вопроса о пропитании и причинах отправки мне билетов стоял и ещё один. Брачная метка дракона на моём запястье. Я почти не сомневалась, что она связана с билетами. Возможно, все ответы найдутся за порталом. Знать бы только, куда он меня приведёт.

Мне удалось задремать только под утро, потому я чувствовала себя, проснувшись, разбитой и расстроенной.

Покинув ставшие родными стены, я с тоской оценила взглядом пустой полигон, на котором провела долгие часы своего детства. Здесь я разбивала в кровь колени и руки, сажала шишки, падала в ледяную воду, ползала по грязи... Мне «повезло» родиться слабым ребёнком. Не болезненным, наоборот, простуды меня не брали, а именно слабым.

В полицейской академии меня ждало то же самое. Учёба, бег по полигону, а потом работа. Всё до оскомины знакомое и… совершенно неинтересное. Эта мысль вспыхнула в голове с кристальной ясностью и принесла облегчение. Я не хочу в академию. Правда, совсем не уверена, что стоит покидать знакомый Рокстаун и отправляться в неизвестность.

С учителями я простилась ещё вчера. Потому, попрощавшись с Гани, я побрела в сторону порта. Уверенности в том, что это решение правильное, не было. Зато я точно знала, что мне надоело наблюдать, как множатся вопросы о моём прошлом. Я намеревалась узнать на них ответы. И если для этого придётся покинуть привычное место, уплыть за море, а потом пересечь порталом ещё полмира, я сделаю это. Что-то в глубине души подсказывало, что там вдали ждёт моя судьба.

В шумном порту меня на мгновение одолела робость. Мы с друзьями часто бегали к берегу моря, купались, собирали ракушки, из которых потом делали украшения. Но от порта держались подальше, чтобы не попасть под горячую руку какому-нибудь нетрезвому матросу или, ещё хуже, угодить в его постель. Глаза разбегались от количества пришвартованных кораблей, слезились от дыма паромов, уши закладывало гулом гудков, но вскоре мне удалось найти нужный.