Любовь и ненависть в Ровердорме

Такие красавицы верхом на великолепном скакуне в местной глуши – это лишь видение, плод нашего с тобой разморенного провинцией воображения. Местные легенды, облекшиеся в плоть, явившиеся перед нами на короткое время, чтобы потом исчезнуть без следа.

- Думаешь, она была видением? – нахмурился Тайлор.

Люк пожал плечами, обтянутыми дорогим сукном.

- Вполне возможно, ее появление связано с местными племенами, которые живут в резервации неподалеку. Я слышал, они обладают странной магией. Кстати, как их называют? Чиррото? Чиботто?

- Чикотто, – поправил его Тайлор, – и айваро.

- Точно такой же, как явившийся тебе волк, – усмехнулся Люк. – Научитесь уже признавать свои поражения, непобедимый герцог Кавингтон!

Вместо ответа Тайлор тронул коленями бока Ночного Ветра. Говорить на эту тему с Люком ему не хотелось.

Тот бой, в котором он получил ранение, был его первым серьезным поражением, едва не стоившим ему жизни.

Впрочем, к этому времени рана, полученная в горах Ульреха и долго отказывавшаяся заживать, все-таки затянулась, но до сих пор отдавала в спину и руку.

По утрам или после активных физических занятий Тайлор чувствовал себя стариком, хотя доктора и придворные маги в один голос утверждали, что через эти самые три месяца он должен окончательно поправиться, после чего сможет вернуться к тому, что не успел закончить.

Пусть не закрыть, но хотя бы встать на страже одного из Разломов, появившихся на теле их Элайра.

Магический резерв, который Тайлор утратил в той битве, исчерпав себя полностью, тоже постепенно восстанавливался. Но полное его возвращение требовало те самые три месяца покоя.

Поэтому дядя и сослал его в Ровердорм.

Прийти в себя, вернуться в форму, а заодно выяснить, почему эта провинция не подвергалась нападениям монстров, если один из Разломов находился не так уж далеко.

Судя по всему, этот Разлом до сих пор оставался запечатанным, хотя почти все остальные, несмотря на усилия магов Элайра, трещали по невидимым глазу швам.

На все про все у Тайлора было три месяца. И ровно две недели, чтобы отыскать незнакомку, которая так ловко от него ускользнула.

К тому же ему нисколько не хотелось терять Ночного Ветра.