Танец с вампиром

В груди появилось уже знакомое жжение, только в этот раз Светлый князь был к нему готов, и удар собственного сердца не стал для него сюрпризом. Но стало сюрпризом для Александра. Он дернулся всем телом, зашипел, практически теряя человеческий облик. 

— Я могу уже называть тебя папой? — поинтересовался у него Михаил, ликуя.

Да-а-а… Именно он так и представлял реакцию своего врага. Злость и неподдельная растерянность. Прекрасно.

— Играеш-ш-шь с огнем, — прошипел тот в ответ.

— Не думаю. Ты чтишь истинность. Ты чтишь законы, давно покрытые многовековой пылью.

И не тронешь «сердце», тем более «сердце» собственной дочери. Так ведь, моя княгиня? — он обратился к юной вампирше. 

Пока не видел отец, Элеонора позволила себе смотреть на Светлого князя с раздражением и разочарованием. И скривила красивое личико так, словно Лилит соединила ее судьбу с судьбой клопа или дождевого червя. 

Она остановилась, приложила узкую ладонь к груди. 

— А ты мне не верил, папá, — произнесла она, шумно вдохнув воздух и улыбаясь.

Сердце княжны стучало громко, тревожно и беспорядочно. Она сделала еще несколько шагов. Окинула поддельно ликующим взглядом Михаила и, ехидно улыбаясь, склонилась перед ним. — Мой князь, — произнесла она трепетно. — Мое сердце бьется в унисон твоему.

— А мое в унисон твоему, — ответил Светлый князь, протянув руку к девичьей талии.

— Не-е-ет! — Александр не позволил коснуться дочери. Перехватил ладонь Михаила, рывком оттаскивая его от Элеоноры. — Ты не можешь быть истинным для моей дочери.

Ты… и она! — пугающий холодный смех смешался с рычанием. — Ош-ш-шибка!

Михаил рывком освободился от захвата, посмотрел на врага с превосходством.

— Наши сердца бьются, Темный. Мое и твоей дочери. Ты слышишь это. И слышат другие, — он указал на словно примерзших к каменному полу Константина и Малиса. — Я призываю их в свидетели, как и своих братьев и сестру, — четверо Высших один за другим приходили в себя, освобождаясь от цепей и неуверенно поднимаясь на ноги. — И заявляю свои права на княжну Темных вампиров.

На твою дочь, Александр.

— Ты пытался ее убить, — Александр закрыл дочь собой.

— А кто в этой жизни не ошибался? — парировал Светлый.

— Я отказываю тебе в праве!

— Идешь против истинности? Оказывается, законы пишут для не всех.

— Я иду лично против тебя. И если дочь не пожелает признать в тебе пару, я убеждать ее не стану, а ты не посмеешь к ней прикоснуться.

— Ну это решать не тебе, па-па, — Михаил не скрывал издевательской улыбки.