Семь первых иллюзий. Академия Дьянхара

Как первый день в академии?

Я просто обернулась и посмотрела на Хакана. И он все понял. Отпустил плечо, отступил, а потом тихо сообщил:

— Увидимся позже. Зайду к тебе вечером.

— Заходи, — кивнула я и отвернулась, продолжив есть суп.

— Это твой брат? — с новой, особенной интонацией спросила Эсма.

Я кивнула.

— Но ты же планировала весь вечер пробыть в библиотеке, — напомнил мне Оскальд, отодвигая уже опустевшую тарелку с первым блюдом и приступая ко второму.

Я снова кивнула. Антуар понятливо усмехнулся, а Эсма открыла рот,будто хотела что-то сказать, но передумала и комментировать наши с братом отношения не стала.

***

Последующие полдня я действительно провела в библиотеке. Подготовив доклад и заучив кое-какую полезную информацию для будущих занятий, уже собиралась уходить, когда ко мне подсел Антуар.

— Эй, Кая, видела расписание на завтра? — спросил рыжий таким панибратским тоном, будто мы были друзьями с детства. — Это ужасно. Я умру от стыда.

— Непохоже, что ты знаешь о стыде или умеешь смущаться, — пробормотала в ответ.

— Нам добавили введение в артефакторику, — игнорируя мои слова про неумение смущаться, сокрушенно продолжил парень. — И вести её будет декан моего… бывшего факультета. Он меня терпеть не может. Просто ненавидит, понимаешь? Вечно недоволен, придирается, давит…

— Странно, ты ведь такой милый и ненавязчивый, — «поразилась» я.

Антуар упёрся локтями в стол и запустил пальцы в свои рыжие вихры.

— Ты не понимаешь, — простонал он, — как это стыдно.

— Что именно?

— Снова начинать с начала. Прийти к нему, как побитая собачонка. Это будто признать поражение. Смогу ли я? Не зна-аю.

— Ты хочешь, чтобы я тебя пожалела? — наконец дошло до меня. — Чтобы я уговорила остаться и идти вперед? Какой странный выбор.

— Почему? — не понял парень.

— Мы ведь практически незнакомы.

— Я слышал, как ты уговаривала Оскальда остаться, — прояснил ситуацию Антуар. — И мне тоже надо добрых слов. А то уйду ведь, и останется вас шестеро.

— И что?

— Как что? Семь — хорошая цифра, есть в ней что-то волшебное, привлекательное, обещающее удачу, — как-то устало пояснил рыжий. — А шесть — это уже так себе. Даи потеря бойца негативно скажется на боевом духе оставшихся. Очевидно же. Ну и последний аргумент: тебе что, сложно?

— Ладно, — я задумчиво постучала пальцами по книге, — может, и не сложно. Вот тебе моё доброе слово: бояться тебе, в отличиеот нас, просто нечего.