Семь первых иллюзий. Академия Дьянхара

И то, что я отучилась в выбранном им колледже два года, закончив заведение с отличием, лишь утвердило его в этом мнении. Хорошо, что сегодня дядя Виктор не побоялся встать на мою сторону.

Взглянув на него, я тщательно скрыла рвущуюся наружу улыбку. Бедняга изо всех сил старался отыграть роль ответственного старшего родственника, но выходило плохо.

Заметив мой изучающий взгляд, дядя передёрнул плечами и принялся раздавать последние инструкции:

— Так, обещай мне, что сразу найдешь брата, — потребовал он, прищурив ясные голубые глаза.

— Хакан все тебе покажет и проведет на экзамен. А хочешь, я сам пойду с тобой и…

— Нет-нет! — поспешила отказаться я. — Все будет в порядке. Разберусь.

Дядя Виктор скептически хмыкнул, но проговорил с одобрительными интонациями:

— Мне бы твоё упрямство. Пойти против мнения Александра Хейма — это дорогого стоит. Он не простит подобной выходки даже собственной дочери.

— Угу…

Мне была ненавистна сама мысль о том, как разочаруется отец, обнаружив мою записку. Но выбора папа не оставил.

Два года назад он разрешил моему брату-близнецу, Хакану, поступать в академию Дьянхара на факультет боевой магии. А мне запретил.

В голове мигом всплыл диалог, который не давал покоя по сей день.

— Размахивать кулаками, Кая, это — не твоё, — слегка поморщившись, говорил папа. — Но можешь воспользоваться правом одной попытки и доказать мою неправоту. Дай мне поверить в гениальность твоей идеи и передумать.

— Хакану ты разрешаешь! — возмутилась шестнадцатилетняя я. — И не просишь его что-либо доказывать!

Папа покачал головой и вынес вердикт:

— Мое слово — нет.

— Его тон заставил меня скрипнуть зубами и… опустить голову. А папа тем временем продолжил: — Хакан — мужчина. Он должен уметь постоять за себя и за свою будущую семью. Ему пригодятся полученные в академии знания и навыки. А перед тобой, Кая, открыт другой путь. Подавай документы в колледж магистра Золла на факультет общего права с лингвистическим уклоном. Еще скажешь мне спасибо.

— Но!..

— Тема закрыта! — припечатал отец.

Возражать я больше не осмелилась, приняв доводы отца, как единственно верные.

Тяжело вздохнув, я посмотрела на оскаленную морду одной из каменных горгулий, украшающих фасад административного здания академии Дьянхара. «Надо же было выбрать именно этих монстров в качестве символики заведения», — кривясь, подумала я.

— Детка, если есть малейшие сомнения, скажи, — дядя принялся за старое (наверняка заметил выражение моего лица и решился на новые увещевания).