Рисунок шрамами

Давно пора уже бросить бояться этих существ - они действительно совершенно безобидны, некрогеры не врут. Кроме того, у меня даже в друзьях один из големов, поэтому, что за предрассудки вообще? Вот, понимаете ли, собрались они тут на встречу, вечеринку или праздник, в общем, по делу – и ничего более.

И…

Некромант лежал посреди пустого зала, свернувшись в клубок и прижав руки к животу. Глаза закрыты, лицо изнурённое. Босые ноги, испачканные в грязи. Такая скрюченная поза бывает у больных, которых прихватил заворот кишок.

И… он лежал прямо на полу, на холодных камнях, как будто упал там и не смог подняться.

Вокруг стояли эти существа… стани, големы. Ни одного живого человека. Однако они, вероятно, почувствовали тепло живого тела, потому что при моём приближении расступились, образуя проход.

Некромант выдохнул сквозь стиснутые зубы, и его пару раз сильно тряхнуло. Какой-то припадок, далеко не первый, судя по силе, вернее, по отсутствию силы выдоха.

- Уходи, – проговорил он, отдышавшись. Хрип и натуга, как злой стук в чугунные ворота. Ресницы затрепетали, когда он силился приоткрыть глаза – и не смог. Не знаю, каким образом некроманту удалось понять, что кто-то пришёл. Ну да, наверное, звук шагов, хотя казалось, я ступаю беззвучно.

Знает ли он, кто именно посетил его сиротскую обитель? Имеет ли личность посетителя какое-нибудь значение?

Я наклонилась. Отсюда, сверху, видок был ещё тот - как на ладони – гроза мусора и трупов, валяющийся в грязи.

И – уходи?

Я молча подошла, подобрала юбку и опустилась на колени возле его головы. Твёрдый, промёрзший камень, на котором распростёртое тело, почти голубое от холода. Один рукав его рубахи сбился, собрался возле локтя складками – и худое запястье, и рука перевиты жгутами - жилами и венами, на белой коже синими, как рисунок, который я нарисовала на големе.

Вдруг его глаза распахиваются – легко, широко. Тёмный шёлк, которым у нас окутывают перед погребением умерших – даже в таких деталях его облик слишком близко к смерти. Ненормально близко.

Некромант дёрнул губами и приоткрыл рот, но вместо слов оттуда вырвался очередной то ли вдох, то ли стон. Дрожь ужаса мгновенно сковала моё тело крепкими обручами.