Девушка для Монстра

Александр устраивается напротив и вопросительно смотрит на Динку, но она только головой качает, изучая пропущенные в телефоне. Наташа звонила, но перезванивать придётся потом, сейчас она уже наговорилась по горло.

Убрав мобильник в карман джинсов, она наконец-то берётся за вилку.

— Молодца, — ехидно хвалит Игнат. — Приятного холодного аппетита.

Динка поднимает на него сумрачный взгляд от тарелки, но так ничего и не говорит. Картошка действительно уже успела остыть, а чужим ехидством её подогреть всё равно не получится.

* * *

Внезапно возникшая мысль настойчиво скребётся внутри, но при Станиславе задавать такие вопросы Динке почему-то не хочется. Поэтому она молчит, когда они выходят из кафе, просто внимательно изучает потемневшее от внезапно набежавших туч небо. Она надеется, что дождь не пойдёт, под его потоками лазить по заброшенным закуткам станет ещё более неприятно. Да и опасно тоже, ведь шелест дождя скрадывает все посторонние звуки.

За этими размышлениями Динка не сразу замечает, что Игнат куда-то ушёл, а Станислав не садится в машину, а отходит в сторону, доставая мобильник.

Смотрит какое-то время в чужую спину, чтобы убедиться, что он дозвонился и разговор продлится какое-то время, прежде чем забраться в салон и наклониться к замершему на переднем сиденье Александру. Лучшего времени, когда других не будет рядом, ей сегодня может и не представиться.

— Слушай, у меня вопрос, — начинает Динка и, едва дождавшись, когда Александр обернётся в её сторону, торопливо продолжает: — Можно ли выйти из Ордена?

— А тебе так быстро надоело? — насмешливо слышится сзади и Динка от неожиданности подпрыгивает, стукнувшись макушкой о потолок.

Слишком быстро вернувшийся Игнат ядовито тянет, забираясь на своё место: — Что, появился парень и в голове завелись мысли о пелёнках-распашонках? А может ты уже…

— Он не мой парень! Сколько раз повторять?! — огрызается Динка, не давая ему договорить. И снова проворачивается к Александру, надеясь прочитать ответ если не по словам, то по мимике, хотя его лицо, конечно, ни разу не назовёшь «открытой книгой».

— Тогда зачем? — откинувшись на спинку сидения и сложив руки на груди, интересуется Игнат, выгибая рыжую бровь. — Ты вроде бы только что распиналась по телефону о своём желании спасать людей, и что теперь? Ужасные нелюди оказались страшнее, чем ты ожидала? Ну, тебя вроде бы предупреждали, что быть охотником — дело неблагодарное, опасное и неприятное.

В том-то и дело, что не особо её и предупреждали.