Девушка для Монстра

Вот только это значит навесить на него и его семью дополнительные проблемы.

Они с отцом и Александр с Игнатом для Ордена предатели, у них уже нет иного выбора, только бежать. А Яромир и Всеволод тут, в общем-то, и ни при чём. Так стоит ли?

Глубоко вдохнув прохладный ночной воздух, в котором начинает ощутимо попахивать гарью занявшегося в здании пожара, Динка уже открывает рот, чтобы озвучить очевидный ответ. Как вдруг её прерывает тот, от кого она этого вообще не ожидала.

— Ты не справишься с двумя обращёнными.

«О чём он говорит?»

Она резко оборачивается на отца Яромира.

Даже слишком резко, рюкзак за спиной ведёт в сторону, едва не заставив её потерять равновесие. Всеволод Анатольевич за время разговора успел с комфортом устроить бледного до синевы отца Динки на заднем сиденье уже своей машины. И теперь так же выжидает рядом с ней, словно зеркалит поведение Александра.

— Кончайте трепаться, у нас скоро будут ещё гости, — раздражённо предупреждает Яромир. Его взгляд мечется между Динкой и Александром, но, похоже, он решил дать ей самой выбрать.

Распахивает дверцу водительского сиденья, но не садится.

А Всеволод Анатольевич смотрит даже не на неё, а на Александра.

— Вы и так слишком много для нас сделали, чтобы ещё и... — начинает Динка.

— И не хочу, чтобы это оказалось напрасным, — твёрдо говорит Всеволод. — С нами вам обоим будет безопаснее.

— Дина? — вот и не время больше для забавных прозвищ.

И надо что-то быстро решать.

Ей ужасно хочется, чтобы отец был в состоянии вмешаться в разговор и снять с неё бремя выбора.

Но, увы, он молчит...

Динка по привычке трёт основание мизинца и вздрагивает от тихого, какого-то судорожного вздоха. Косится на Яромира, но ничего особенного не замечает. Только чужие глаза вспыхивают синими огнями чуть ярче, а её саму пробирает мурашками по спине.

Отвернувшись, прежде чем встретиться с ним взглядом, Динка выдыхает покаянное:

— Прости. И спасибо за помощь.

Александр всё понимает верно. И, не теряя больше времени, с коротким кивком запрыгивает за руль.

Джип срывается с места почти сразу.

Динка с трудом втягивает в грудь воздух. Внутри в тугой узел сплетаются страх будущего, стыд за то, что бросает одних друзей и навязывается другим, дикая усталость и щепотка отчаяния. С тем, что ничего нельзя изменить, она уже почти смирилась.

— Дин, нам пора.

Она немного заторможено оборачивается к машине и послушно занимает последнее оставшееся свободным место, которое словно нарочно оказывается рядом с Яромиром.