Девушка для Монстра

В серых глазах мелькает что-то нечитаемое, а вероятно отобранный у Игната пистолет всё ещё направлен в сторону угрозы. Вот только кто из двоих теперь та угроза?

Динка шумно сглатывает и закусывает губу, едва ли не прокусывая до крови.

Осторожно сдвигается, перекрывая ему линию огня.

И судорожно выдыхает, когда Александр опускает пистолет. Теперь он просто смотрит, хмуро сведя брови и поджав тонкие губы, отчего те становятся почти незаметны. Повисший на его спине Игнат каким-то собственническим жестом обнимает свою опору и скалится то ли на Яромира, то ли вообще на всех вокруг, сверкая золотистым взглядом, так что Динка даже невольно радуется, что он сейчас без оружия и не в лучшей форме.

Всё это занимает едва ли пару секунд. Затем она срывается с места, не бегом, но настолько быстро, насколько позволяет рюкзак с маленьким нагом, уже ощутимо тянущий вниз усталые плечи. Подходит вплотную и с трудом втягивает в грудь воздух, прежде чем еле слышно попросить:

— Отпусти его, Яр, — она впервые сокращает его имя.

И не важно, убивал ли он раньше, убивал ли даже сегодня — Динка не хочет, чтобы Яромир становится убийцей вот так, на её глазах, ни сейчас, ни когда-либо ещё.

Оглядывается на мгновение, чтобы взглянуть на чужие напряжённые лица и убедиться, что никто больше не намерен вмешиваться. Вздрагивает, когда Александр встречается с ней глазами, но в чужом взгляде только беспокойство и немой вопрос, пистолет всё ещё смотрит в пол.

Кивает, отвечая на незаданное, и оборачивается как раз вовремя — Яромир ещё выше поднимает противника и тот отчаянно молотит ногами по воздуху в поисках опоры.

— Хватит, — просит она так же тихо, словно не осмеливаясь поднять голос, и осторожно кладёт ладонь на чужое предплечье, ощущая, как бугрятся под пальцами напряжённые мышцы. — Времени нет, Яр. Отпусти.

И он, на удивление, слушается. Разжимает руку, позволяя уже едва хрипящему противнику рухнуть на пол.

Напряжение между двумя частями их маленькой группы всё ещё висит в воздухе. Пока уже поостывший Игнат вдруг громко не заявляет куда-то в пространство:

— И кто ещё тут за чьим зверем последить должен...