Девушка для Монстра

«Глупый вопрос, наверное, — внутренне хмыкает Динка, проходя в палату и прикрывая за собой дверь. — Как можно чувствовать себя, когда недавно едва не умер? Явно далеко не отлично».

Хотя выглядит Игнат не так уж плохо, даже и не скажешь, что вчера едва не покинул этот мир. Круги под глазами, подсохшие царапины на скуле, пара кровоподтёков на руках, плюс знакомые синяки от уже здешних капельниц и уколов на внутренней стороне сгиба локтя, которые светло-серая футболка ничуть не скрывает. А если вспомнить ту яркую россыпь светящихся трещин на рёбрах, которую Динка разглядела внутренним зрением, когда пыталась вернуть Игната в мир живых, и подтверждающий диагноз, выданный медиками Александру, то под футболкой должна скрываться фиксирующая грудную клетку тугая повязка.

— Живой, как видишь, — криво усмехается Игнат. Выходит хрипло, словно горло у него тоже пострадало. — Нужно что-то помощнее, чем чей-то там наглый хвост, чтобы меня выпилить.

«Да ты же чуть не умер, придурок рыжий!» — так и рвётся изнутри, но Динка прикусывает губу и вслух всё же ничего не говорит.

— Проходи, чего как не родная? А цветы с апельсинами где? — Игнат пытается сесть ровнее, морщится и осторожно выдыхает, инстинктивно прижимая ладонь к рёбрам, словно это может облегчить боль.

Ей даже хочется помочь устроиться поудобнее, но он о помощи в жизни не попросит, а сама Динка, догадываясь как Игнат отреагирует, не рискует даже предлагать. Вместо этого отводит глаза и придумывает достаточно остроумный для их местной язвы ответ.

— Твой охранник отжал, сказал ему нужнее, — выдаёт она собственные предположения о роли торчащего рядом с палатой мужика. Динка всё ещё не понимает, зачем он вообще там поставлен.

«В кино обычно охрану ставят, если пациент в палате опасный преступник, — припоминает она. Оглядывает ещё раз бледного до полупрозрачности, так что даже проступают изначально незаметные пятнышки веснушек на носу, и кажущегося особенно хрупким сейчас Игната. И мысленно качает головой. — Да ну, бред! Он свой и его даже не кусали, а просто ударили, так что никаких внезапных изменений быть не должно».

— Охранник? — подбирается Игнат, как-то напряжённо сузив глаза. Видно, что ему данный факт тоже не по душе. И Динка его вполне понимает.

— Да, хотя кто его знает. Торчит тут мужик крепкого вида рядом с твоей палатой... — пожимает она плечами. И больше ничего особо сказать не успевает. В коридоре слышатся знакомые голоса, и она невольно разворачивается к двери.