Танец Воды

И гибель Эйлы тоже окажется напрасной! Опасно ждать, пока Сайарадил проживет отпущенное ей время и состариться – в Вальде или на свободе… Только ее смерть прервет тысячелетнее ожидание! Так пусть все закончится сейчас, под завалом реки Джи-Лиу.

Бледный человек посмотрел на безмолвную статую; губы его скривила злая усмешка.

- А ты чего молчишь? – спросил он. – Разве тебе нечего мне сказать, брат? Спасти Сайарадил или дать ей погибнуть… Я знаю, что ты посоветовал бы! Тебе даже не нужно открывать свой мерзкий рот – мне и без того известны все твои мысли… Простите меня, – обернувшись к собратьям, сказала бледная тень.

- Ксай, – убитым голосом пробормотал назар, пока третья тень сыпала проклятиями.

Бледный силуэт стал уплотняться. Проступили черты лица, мертвенная кожа обрела краски, бесцветные глаза стали голубыми, белые волосы заблестели. Туман, паривший вокруг, со свистом потянулся к этому человеку – тот раскинул руки и открыл рот, наполняясь силой. Чем меньше становилось тумана, тем быстрее пространство вокруг погружалось в темноту.

Крупный мужчина хлопнул в ладоши, и вверху вспыхнуло кольцо из огненных шаров. Свет огня выхватил из темноты статую; вместо привычного спокойствия на ее лице отражалась легкая усмешка.

- Держите его, братья! – крикнул бледный человек. – Держите вместо меня!

***

Сайарадил очнулась, как ей показалось, всего через мгновение от яркого света. Оглядевшись, она поняла, что окружена завалом камней, и только водный кокон мешает раздавить ее.

Но отчего вокруг так светло? С каждой минутой свет становился все ярче. Сая зажмурилась и вдруг явственно ощутила, что ее взяли за руку.

- Вейда, – прозвучало тихо.

Открыв глаза, она увидела перед собой знакомое бледное лицо. Сухая кисть мертвой хваткой вцепилась в Саину ладонь. Девушка дернулась, пытаясь вырваться, но неведомая сила вдруг рванула ее вверх. Две реальности сплелись воедино: в одной был яркий свет и бледная тень, тащившая Саю за собой; в другой царила темнота, груда тяжелых камней и могучая сила воды, пробивающая завал.

В этом втором мире каждое движение Сайарадил было сгустком боли.

Но вот впереди забрезжил тусклый дневной свет. Тень обернулась; ровная, как снежный наст, кожа треснула, оживая, и сквозь безразличную маску вдруг проступило человеческое лицо. Ледяные пальцы разжались, и Сая очнулась по-настоящему.

Она лежала на каменистом берегу Джи-Лиу. Ободранные руки саднили, голова раскалывалась от боли.