Вот тебе бабушка...или раз картошка, два картошка!

В углу слева располагались шкафы и антресоли, полки и навесные шкафчики, под ними столы, прибитые к стенам, которые опоясывали всю кухню даже под двумя окнами и уходили вправо в угол. Там в них вмонтированы небольшие ванны с кранами и массивными ручками поворотниками, как в старых банях. Видимо это были емкости для мытья посуды и продуктов. Там же, вправо, располагалась еще одна дверь. Как сказала мне потом, кухарка, опрятная, небольшого роста полноватая женщина, сорока пяти-пятидесяти лет, в темном платье с серым передником и чепцом на голове, куда, видимо, убирала волосы, находился спуск в погреб, где хранились запасы пищи и вина.

- Так во флигеле же, что недалеко, во дворе. Там еще есть одна комната, куда можно подселить прислугу, если хозяйка захочет. Можно нанять и приходящих, а комната для вашей горничной есть наверху.

Я кивнула.

- Ну, вот и сподобилась! Теперь имею еще и горничную. Хотя за большим домом нужен пригляд, да и дверь центральную кому-то надо открывать и гостей обслуживать, и в столовой помогать. И, наконец, вообще привести весь дом в полный порядок. А для этого нужны люди.

- Будем искать, - вспомнила фразу из популярной советской комедии. - Надо разобраться с управляющим и делами аренды. Там такой долг по налогам, что сборы их не покрывают.

- Разберемся, - хмыкнула я.

- Вы что-то сказали, госпожа? – вскинулась Марта.

- Нет, Марта, я довольна, увиденным. Чем будете кормить и где? Я уже проголодалась.

- Как же, обязательно, хозяйка. Через полчаса в столовой, с вашего позволения.

- Хорошо. Поднимусь в свою комнату и переоденусь в домашнее, - и, все еще оглядывая кухню, повернулась и ушла по боковой лестнице вверх. Поднимаясь, поняла, что в основном буду ходить в этом крыле. То есть спальня, кухня, столовая, кабинет. Но и другую половину также надо привести к порядку обязательно.

Не успела вымыть лицо и руки и переодеться, как постучали в дверь.

- Хозяйка, я привел двух женщин, как вы и просили. Они здесь, в коридоре.

- Хорошо, сейчас выйду, - кивнула я.

Взяв корзинку с личными вещами, документами и деньгами, на всякий случай, открыла дверь и увидела двух молодых женщин лет по двадцать пять-тридцать, одетых бедно, но чисто. Они поклонились и спрятали руки под фартук, ожидая приказания.