Вот тебе бабушка...или раз картошка, два картошка!

Катарина свела нас, так как ей было известно и обо всех моих делах и желании приобрести землю. Потом, уже у себя, мы с Лаймой быстренько объяснились и договорились все сделать пока не поздно, так как банк уже неоднократно напоминал, что будет продавать то имение самостоятельно, а это с меньшей выгодой для самой владелицы. И мы поехали к стряпчему. У меня не было столько денег сразу за эту недвижимость, но банк шел на уступки и клиент мог перекупить закладную, заплатив определенный процент от сделки при наличии его же счета в этом же банке, а мои счет и деньги в нем уже имелись.

Таким образом я становилась владелицей небольшого имения недалеко от города, а Лайма освобождалась от долга и могла рассчитывать на небольшой доход от продажи, открывая счет в этом же банке уже на свое имя. Это было для нее отличным выходом из создавшейся ситуации и возможностью либо устроиться на работу с хорошей финансовой историей, либо выйти вновь замуж и муж не будет укорять ее за оплаченные им ее долги. Вот так все хорошо сложилось.

Прошло уже более полугода моего исчезновения из своего мира. Пора подсчитать свои достижения и убытки. И так, что я теперь имею: во-первых вернувшуюся молодость, во-вторых диплом об окончании курсов, что дает мне получение гражданства, в третьих счет в банке от производств земных вещей, и последнее - имение с землей для моего дальнейшего развития и уже самостоятельного «полета». А в убытках только самое главное – потеря своего такого родного мира.

Я всхлипнула и зажмурилась:

- Что ж! Будем двигаться, помолясь, как говорится. Война планы покажет.

Глава 6. Имение

Лайма рассказывала мне о моей покупке, где сама была всего пару раз, но это все было не то, что открылось моему взору.

Дорог не было. Совсем. Только, как у нас говорили, одни направления. Когда-то, видимо, была грунтовая, но теперь просто страшная колея да еще и размытая первыми осенними дождями. Возчик, которого я наняла для перевозки моих немногих вещей, ахал и ругался, видя, как приходится осторожно и трудно подъезжать к входу к воротам, хотя и это трудно было так называть, просто два стоящих вертикально, но скособоченных столба, даже без перекладины наверху.

После осторожного заезда на площадку перед домом, возница в последний раз выругался и остановился.