Фёдор и Флинн

Флинн совсем не понравился этот хрип. И то, как Фёдор глухо откашлялся — тоже.

Она взяла его за руку. Горячая… почему? Потянула его за собой. Теперь Флинн хотела поскорее дойти до складского и во всём разобраться.

Но в тамбуре Фёдор остановился на несколько секунд. Флинн видела, как он глубоко вдохнул свежий воздух после дождя. На пару мгновений ему будто стало легче. Но это чувство было слишком мимолётно.

— Пойдём, Флинн. — Он улыбнулся ей, но она видела, с каким трудом ему это далось. А заметив её хмурый взгляд, добавил: — И не смотри на меня так.

Вдвоём они прошли вагон-столовую, кухню и хозяйственную часть. Несколько павлинов в столовой бросили в их сторону внимательные взгляды, но Флинн этого не видела. Её волновало совсем не это. Фёдор, идущий чуть впереди неё, тяжело ступал по полу и передвигался не так бодро, как это было обычно. Если раньше Флинн с трудом поспевала за ним, то сейчас ей не составило бы это никакого труда. Пусть он и пытался вести себя как обычно, она с ужасом заметила, как, уже в хозяйственной части, он пошатнулся.

Наконец Фёдор с шумом откатил дверь в складской. Флинн зашла вслед за ним, внимательно наблюдая за каждым его движением.

Он подошёл к приоткрытому окну и, правой рукой тяжело опершись об стену, опустил взор. Фёдор часто дышал, в движениях не было силы и уверенности. Волосы взъерошены, будто последнее время он слишком часто запускал в них покрытую сажей ладонь. Тёмные глаза было явно трудно держать открытыми. Он был каким-то побитым…

Флинн уже открыла было рот, чтобы предостеречь его и попросить его так не переутруждаться, как внезапно Фёдор медленно съехал по стенке на пол.

— Фёдор! — испуганно воскликнула она, бросившись к нему.

Флинн упала рядом с ним на колени и в тот же момент подхватила его под руки, из-за чего тот невольно уткнулся носом ей в плечо.

— Фёдор, что случилось? — беспокойно спросила она, обняв его.

Он тяжело и часто дышал, и Флинн не только слышала, но и чувствовала это. Он был действительно слаб. Даже выпрямиться толком не мог и единственное, что ему оставалось — это бессильно прижаться к Флинн, позволив ей придерживать его.

— Я просто… вымотался… за день, — выдохнул Фёдор, с трудом попытавшись подняться, но Флинн его остановила, вновь прижав к себе.

— И почему мне кажется, что дело не только в этом? — строго спросила Флинн.

Она положила ладони на его непривычно горячие щёки и приподняла его голову, заставляя посмотреть ей в глаза. Но Фёдор поспешно отвёл взор.