Ната Ворон

Но за разговором получилось, что мы просидели всю ночь. Ваня отложил рассказ о дуэлях на потом и предложил отвезти меня, куда я скажу. Заверил, что он понимает. У меня отсутствуют многие необходимые знания. Но он собирался исправить это. Я, кажется, постоянно смотрела на него с обожанием. Он ловил мои восторженные взгляды, но я позади своей восторженности отмечала, как смотрел он сам. К сожалению, он выглядел при этом скорее виноватым, чем радостным. Он сказал, что замолвит за меня словечко перед нужными людьми, с которыми он сам уже знаком.

Его забота просто расплавляла меня как воск. К сожалению, я подмечала некоторую рассеянность у него. Кажется, он всё больше о чём-то задумывался.Я не могла унять своё огромное счастье, даже видя, что оно вызывает в нём чувство ответственности, а вот ответного счастья я не заметила. Но всё же при прощанье он вглядывался в моё лицо и снова сказал, что я невероятно красивая.— Слишком красивая. Ты стала ещё красивей после инициации. Не знаю, как это возможно — были его тихие слова. Когда мы прощались. О моей красоте он говорил искренне. Провёл ладонью по моей щеке. Задумчиво и грустно. А я так надеялась, что сейчас он меня поцелует. Посмотрела на его губы, и мои приоткрылись. Это был такой момент. Я, как цветок тянется к солнышку, потянулась к нему. Непроизвольно и неосознанно. Но он отступил , тяжело вздохнул и сказал, что позвонит. Ушёл.Я ещё простояла там, вначале пережидая пока уйдёт счастье. Потом спад разочарования. А потом моя думающая голова вынуждена была признать. Как это бывает у многих, моя первая любовь безответна. Я поплелась в общагу. Мы экстренно успели в неё вселиться. Пока что внесли только основные вещи. Остальное собирались доносить постепенно. Правда, не я. Я уже вселилась полностью.Экстренно как раз из-за меня переезжали. Потому что пришлось сдать однушку, в которой я жила, Раиса, жившая со мной и пила непробудно, в общем, не выдержала её печень такой жизни. Однажды она упала на улице, и прохожие вызвали ей скорую. Я была на подработке и поехала к ней сразу, как мне позвонили из больницы. Но она уже умерла. Врачи недоумевали, как она вообще продержалась так долго.А мне как раз оставался месяц до восемнадцатилетия. Прямо в больницу нагрянули всякие соцслужбы. И был бы привет государственному учреждению для таких, как я, для сирот. Подруги мне, как всегда, помогли. Хорошие они у меня. Маринка позвонила. Мы должны были встретиться, погулять по Невскому проспекту.