Цитадель: дочь света (книга 1)

Или мойщиков пробирок.

Тот, кому меня продали, оказался эльфом, очень старым, насквозь пропитанным временем. Глаза у него были желто-голубого цвета, кожа пергаментная, столь тонкая, что её, казалось, можно проткнуть пальцем, а волосы белоснежные. Впрочем, я знала в свое время немало кокетливых старушек, и по этой снежной белизне с легким оттенком перламутра поняла, что дедок подкрашивает волосы синькой.

Одет этот мафусаил был в белое длинное одеяние (кто бы сомневался!), на груди – медалька с шестиконечной звездой Давида – как есть евреи! Тоже мне, нацепил цацку, фашист проклятый! Татуировка над бровями была черная с красным и выглядела издалека зловеще – словно ожог с запекшейся кровью.

Впрочем, тут я уже придираюсь, потому что этот фашист мне ни разу не нравится. 

И вот ведь сволочь – снаружи-то он белый и пушистый! Глаза не красные, рогов не наблюдается, кожа белая! А внутри – мама дорогая – тьма так и клубится!

- Дражайшая моя Галла, – склонил голову эльф (голос был скрипучий, хриплый). – Наконец-то мы с Вами встретились!

И тут я поняла, что всё.

У меня нервный срыв. Меня затрясло, а рот сам собой открылся и понес полную ахинею.

- Але, дедуля, – развязно произнесла я, без спросу придвинув к себе красивый стул с подлокотниками и усевшись в него, закинув ногу на ногу. – Ты никак попутал чего? Или в маразм впал? Как его там, болезнь Альцгеймера? На честных эльфов среди бела дня орков натравливать – это не по-нашему, не по-честному!

- Никакой болезни Геймера у меня нет, – пожал плечами дед.

– Впрочем, я лишь искренне на это надеюсь. Все, что у меня есть – это старость…

- Ба! Дак ты смерти боишься? – вскричала я удивленно. – Ну что, правильно боишься! Загробная жизнь тебе не понравится, да-да!

- Однако ты умная девочка, – внимательно посмотрел на меня фашист. – С первого взгляда все поняла…

- Ты мне зубы не заговаривай, – фыркнула я. – Зачем звал в гости? Убивать сразу не собираешься, я вижу, но и хорошего от тебя не дождешься. Пытать будешь? Лавры Геббельса покоя не дают? Или под Сталина косишь? Мечтаешь стать главой полицейского государства? Людишек в трудовые лагеря, арийцев, в смысле, эльфов – на свободные земли, а орков – в полицию? Хотя… эльфов ты тоже, я думаю, не любишь.

Я с тобой в этом, кстати, солидарна… Тогда в чем суть бессмертия? Ты же в бессмертные метишь? Продал душу, так сказать?

Фашист задумчиво на меня смотрел, ковыряя под ногтями блестящим ножичком.

- Ты слишком умная девочка, дорогая, – наконец, сказал он.