Уж замуж... Так и быть!

А на богатых семействах любят наживаться всякие проходимцы, которые так и норовят побольше урвать да поменьше привезти.

— О да, я знаю, — пробормотала я, невольно вспомнив Вейна в замке Петера.

К слову, и говорит Энни достаточно грамотно. Впрочем, до этого момента она не удостаивала меня столь долгих тирад.

— В общем, к тому моменту, как мать потеряла зрение от старости и оказалась неспособна вести дела, она научила меня всему, что знала себя, — завершила Энни. Кашлянула и почти беззвучно добавила: — А я по мере сил и возможностей передала эти знания Флексии.

Ага, вот она первой и заговорила про погибшую дочь. Что и следовало ожидать.

— Флексия — это твоя дочь? — осторожно спросила я, в свою очередь отказавшись от излишне официального и вежливого тона.

Главное, не торопись, Лариса! Иначе Энни испугается и опять погрузится в холодное отстраненное молчание.

Но я предчувствовала, что меня ожидает успех. Смерть ребенка — это страшнейшее горе для любой матери. Естественно, что Энни желает узнать малейшие подробности той трагедии.

— Да, — сухо сказала Энни и подошла к столу. Выдвинула верхний ящик и достала оттуда книгу в тяжелом кожаном переплете. Видимо, это и есть каталог, о котором она говорила.

— Я видела ее в подвенечном наряде, — негромко сказала я, внимательно наблюдая за женщиной.

Энни сделала вид, будто не заметила моих слов. Она опустилась в кресло и открыла книгу.

— Итак, что именно тебя интересует? — спросила она. — Как я понимаю, география? Тут есть немало прекрасных атласов, из которых ты узнаешь все, что тебе необходимо.

— История, — коротко обронила я.

Энни выразительно вскинула брови и в упор посмотрела на меня.

— О, я никогда не любила географию, — защебетала я, силясь заговорить ей зубы. — Понятия не имею, где север, где юг. Разве это имеет какое-нибудь значение? Мой отец всегда говорил, что женщинам простителен…

Я запнулась, осознав, что Энни просто не поймет словосочетание «топографический кретинизм».

— Женщинам простительна небрежность в подобного рода вещах, — наконец, завершила я мысль. — А вот история. Это совсем другое дело! Так интересно читать про личностей, которые жили и творили до тебя. Все эти придворные интриги, скандалы…

— Лариса, я знаю, что ты из другого мира, — оборвала мой поток откровений Энни. — И, как видишь, даже знаю твое настоящее имя. Так что хватит играть в дурочку. Меня этим не проведешь.