Волчье золото

Влад кормил, учил и одевал. Самое ценное, это время и тепло, которое он так щедро отдавал. Конечно, он заслуживает большего, нежели простой рассказ обо мне. Он теперь меня ненавидит?

– Ты этим не напьешься. – Над ухом раздался голос Яртура. Лучший друг княжича уместился на стул рядом. Уже переоделся: кофта в белую полоску, темные мягкие штаны. К мелкому, почти незаметному, узору на одежде я привыкла, и он не бросался в глаза. Он игнорировал меня весь месяц, почему же теперь подошел?

– Да, я знаю.

– Что, поссорились? – Блондин хмыкнул и кивнул бармену на неизвестный мне напиток.

– Тоже пришел меня ругать? – Ответила вопросом на вопрос, наблюдая, как в большой бокал наливают кипяток, пахнущий медом. Далее бармен долил смесь хмеля и других трав.

– Даже и не думал.

– Почему? Я ведь знаю, что не особо тебе нравлюсь. А ты всё-таки тоже поддержал Влада и защитил меня. Я не понимаю. Теперь вот почему-то сидишь со мной, вместо того чтобы заниматься своими делами.

– Ну во-первых, с чего ты взяла, что мне не нравишься? Есть некоторые сложности, но к тебе они относятся косвенно.

А по поводу случившегося в офисе отдела обороны: Влад мне хоть и княжич, но в первую очередь друг. Я всегда останусь на его стороне.

– Это странно. Когда показали то видео, я не думала, что он станет мне помогать.

– А чего странного? – Светлые брови приподнялись. Яр получил свою кружку и сделал несколько глотков. – Как, по-твоему, он должен был поступить?

– Ну, я же чужая. Он знает меня месяц. А тут такое.

А вы свои. Это, как-то беспечно мне доверять. – Объяснение сумбурное, но суть он уловил. Мужчина засмеялся. Раскатисто так, громко.

– Вот уж в беспечности его светлость еще не обвиняли. – Он перестал хохотать, но улыбку не сдерживал. – Смотри ему не брякни – обидится. Я тебе сейчас скажу, а ты думкай своей головушкой. Вот представь, жил себе княжич спокойно, пока его не накрыл весенний период. Случается с лучшими из нас. Однако веста у него не простая: про хранителей ничего не знает, во внешнем мире почти не была, на теле шрамы, внутреннее состояние плачевное.

Собственной тени эта веста боится, кошмары по ночам преследуют.

– Он тебе и про это рассказал? – Спросила мрачно.

– Нет, но я пару раз поднимался на этаж. Нам когда-то и работать надо. Так вот, эта самая веста полный набор слезливой драмы, вся такая загадочная и печальная. Кстати, не увлекайся, это первое время приятно утешать, а вечное нытье — это не сексуально. Ну ты поняла.