Любовь не с первого взгляда

Вернувшись после вечерних дел в свои покои, Кая обнаружила Канлара в гостиной, с мрачным видом раскуривающим трубку.

Для него это было трижды странно. Во-первых, он и вообще почти никогда не курил, хотя Вернар и подарил ему в своё время все необходимые принадлежности, включая отменный табак. Во-вторых, если ему и случалось воспользоваться этими принадлежностями, то уж точно не в присутствии дамы. И в-третьих – это был крайне странный жест, если учесть деликатное положение Каи.

У Канлара были причины нервничать.

Сразу осознав, что произошло что-то весьма неприятное, королева жестом потребовала разъяснений.

Со вздохом пожав плечами, Канлар уныло поведал:

– Айде-Лин, или, вернее сказать, Айдэнь Линар, оказалась той самой сбежавшей женой младшего махийского принца.

Известие произвело на королеву самое неприятное впечатление.

– О! – мрачно сказала она. – Тогда я знаю, как ещё больше ухудшить вам настроение, – и передала ему листочек, который ранее держала в руках и с которым пришла.

Мрачно изучив листок, оказавшийся донесением от внутренней разведки, Канлар заковыристо выругался по-анжельски. Опомнившись, принёс свои извинения.

– Ничего страшного, – заверила его королева, – я разобрала только предлоги.

Донесение от внутренней разведки гласило, что князь Се-Рол тайно обвенчался с махийской пираткой Айде-Лин и отбыл на свои перевалы и кордоны в её бравой компании.

Королева молча подошла к секретеру и принялась что-то писать. Отложив трубку, Канлар подошёл и заглянул к ней через плечо. Это был приказ не выпускать махийскую принцессу и её свиту из дворца.

– Как думаете, сколько у нас времени? – вполне лёгким тоном осведомилась королева.

Что-то прикинув внутри себя, Канлар заметил:

– Есть шанс, что они вообще не узнают.

– В самом деле? – в словах Каи читался скепсис. – Вы думаете, их не заинтересует личность жены моего брата?

Канлар пожал плечами:

– Думаю, они начнут с ультиматумов, так что пара месяцев в запасе есть.

– Нужно созвать экстренный совет сейчас, – решила королева.

В голове её нелогично и навязчиво крутилась мысль о том, как не вовремя она заменила часть денежных налогов на натуральные.

– Я распоряжусь, – коротко откликнулся Канлар и вышел.