Любовь не с первого взгляда

В казармах военного флота ей тоже делать нечего – сплошные мужики же, а она, пусть номинально, но девица. По той же причине к соратникам её не отправишь – скомпрометируешь.

В отчаянии Канлар уже даже подумывал пристроить её в монастырь – но едва ли мудро селить принципиальную сторонницу грабежей с монахинями.

Было большое искушение свалить всё на Кордонлиса: его пираты – он пусть и расхлёбывает. Но оказалось достаточно представить, что на такой пассаж скажет его жена – женщина бравая и боевая – как становилось жалко соратника.

Канлар хмурился, смурнел, но выход упорно не находился. Если только попытаться вытолкать анжельского посла пораньше? Нет, тоже не вариант: неуважение и всё такое…

Размышления такого плана заняли его голову настолько, что на обратном пути во дворец вместо обмена мнениями о выпускниках Канлар начал высказывать королеве свои соображения, пожалуй, даже излишне подробно – ведь не было особого смысла в том, чтобы пересказывать варианты, которые так или иначе оказались несостоятельными.

Возможно, он надеялся, что в процессе рассказа набредёт на новую мысль, либо же Кая сумеет увидеть какой-то выход, которого не увидел он. Однако и она не могла придумать каких-либо здравых идей, за исключением, разве что, возможности выделить гостье отдельный особняк. Но это тоже смотрелось бы несколько скандально и странно.

Так и не решив этот вопрос, они добрались уже до своих покоев, где их ждал приятный ужин в компании друг друга.

Беседа не клеилась: оба устали, оба рассчитывали на романтическое продолжение, оба не знали, как перейти от формального контекста к романтическому.

Быть может, это прозвучит немного странно, но между ними установилось две автономных друг от друга формы отношений: деловое сотрудничество между королевой и королём-консортом и близкие отношения между мужем и женой. Чаще всего две эти линии не пересекались, и каждый из них словно бы становился другой личностью, переключаясь. Если королева была королевой, она забывала, что она ему ещё и жена; если она становилась его женой, она забывала, что является ещё и королевой.

Тот же процесс происходил и с Канларом.

От того при переходе от одной линии к другой оба испытывали некоторую неловкость. Сейчас за ужином сидели королева и её консорт, и обсуждать что-либо, кроме дел, казалось им странным и неловким, но какого-то способа переключиться на неформальный формат они ещё не изобрели.

Между тем, ужин отчаянно закончился, и столь же отчаянно кончался чай.