Переплетенные судьбы

Я оторопела, ведь никак не рассчитывала, что уже этим утром он сможет самостоятельно подняться. Не издавая ни звука, я потянулась за палкой, лежащей у землянки. Слабая, конечно, защита против острого клинка в его руках, но других вариантов у меня не было. К тому же он сильно ранен.

Набравшись храбрости, я окликнула воина:

– Тебе еще нельзя вставать.

Выдавив это, я поняла, что еще никогда не разговаривала с мужчинами. Разве что с отцом, но это совсем другое. Его я знала с рождения, а этого воина со вчерашнего дня, и то в полумертвом состоянии.

С большим трудом он обернулся, услышав мой голос, и заговорил:

– Я благодарен вам за спасение моей жизни, но мне некогда отлеживаться.

Воин не выглядел устрашающим как те, что убили отца и мать. Напротив, он казался добрым человеком. Во мне поубавилось волнения, и я бросила палку обратно на землю. Колени еще немного дрожали, но я зашагала к нему, попутно произнося:

– Тогда умрешь. Истечешь кровью и умрешь. Да ты даже если попытаешься идти, то через пару метров свалишься и умрешь.

– Мои люди предали меня и пытались убить, они оказались членами Братства, – вдруг заявил он. – Я должен немедленно представить их суду столицы.

– О каком Братстве вы все говорите? – поинтересовалась я.

– В вашей провинции сформировалось Братство, большую часть которого составляют бывшие и, как выяснилось, действующие воины столицы. Они захватывают деревни и города, берут с жителей плату за неприкосновенность.

Мужчина говорил так медленно и спокойно. В его голосе чувствовалась сила и благородство. Нельзя быть такой доверчивой, но я поверила ему. Он совсем не стоял на ногах и, казалось, был готов рухнуть замертво. Проникшись сочувствием, я уже не могла бросить его в таком состоянии.

– Иди в дом, – буркнула я, давая опереться на свое плечо. – Не хоромы, но какое-то время тебе придется здесь пробыть.

– Как вас зовут? – спросил он, пытаясь самостоятельно добрести до землянки.

– Меня?! – я удивилась столь обычному вопросу. Наверное потому, что мне его еще никто и никогда не задавал.

– Вас, – с тяжестью в голосе подтвердил воин, все же опершись на меня, не в силах больше стоять. – Я Верджилиус, кстати, но можно просто Верджил.

– Амелия, – представилась я, закидывая его левую руку себе на плечи.

– Я в вечном долгу перед вами, Амелия.