Переплетенные судьбы

Основная часть дворца всегда убрана, украшена живыми цветами и наполнена гостями, но только не западное крыло, где царит тишина и серость. Там не встретишь роскошных дам, или посла с другого конца света. Это крыло является усыпальницей, местом, где молча навещают почивших.

По длинному коридору с серыми стенами из крупного камня, шли три девушки. По пути они не встретили ни одной живой души, лишь около десятка пауков, глазеющих на них со своих разросшихся паутин.

– Куда мы идем? – поинтересовалась Мира.

– Когда умирает кто-то высокородный, – ответила Лили, – будь то генерал имперского Ордена, или глава клана, или кто-то из императорской семьи, то его увековечивают в стенах дворца.

– Семья Верджила похоронена в его владениях, а его отец был главой, – сообщила Амелия.

– Тела хоронят на родной земле, – объяснила Лили. – А в залах дворца устанавливают маленький мемориал с инициалами.

– Это, конечно, здорово, но зачем мы туда идем? – Мира нахмурила брови. – Хочешь потратить драгоценное время, прощаясь с камнем, вырезанным для какого-то богатого болвана? Зря я согласилась взять вас с собой.

Не отвечая на колкости Миры, Лилиан в одиночку приоткрыла большую деревянную дверь, навалившись на нее всем своим весом.

Девушки прошли в холодный темный зал, где рядами были установлены каменные плиты высотой около метра и столько же в ширину. На верхней стороне, предназначенной для любования, лежит стекло, а под ним виднеются вырезанные мастером инициалы.

– Нам сюда, – Лили подозвала девушек к крайней в правом ряду плите.

– Только не вздумай опять плакать, – выпалила Мира.

– И не собиралась, – шмыгнула носом Лили. – Лучше помогите мне сдвинуть стекло и забрать клинок.

– Ты справишься с ним? – поинтересовалась Амелия.

– Надеюсь, давно не держала оружие в руках.

– Надеюсь, вам и не придется, – выдохнула Мира. – Мы просто обнаружим Морганта и выясним, живы ли наши мужчины. Все.

– Как все просто, – саркастично произнесла Лили.

– Было бы проще, если бы вы не тащились за мной, – колко ответила Мира.

– Неужели?

– А ты представь, – продолжила язвить Мира. – Меня пол жизнь учили искусству шпионажа.