Наследство

И мужчина представил, будто опять утешает сестру – прижал к себе покрепче, погладил девушку по голове, стал говорить какие-то бессвязные глупости в стиле "все будет хорошо". Катя его словам не верила, но позволяла себе на некоторое время обмануться. Ей нужно было опереться на чье-то плечо. Хотя бы сейчас.

Часы пробили время обеда, нарушая их уединение.

 – Надо идти, – сказала Екатерина, отстраняясь. Михаил схватил ее за руку. Он не мог сейчас оставить ее одну!

 – Не надо. Пусть накроют в кабинете.

Мужчина направился к своему рабочему месту, таща девушку за собой.

Та послушно шагала следом, не делая даже слабой попытки высвободиться. В комнате он усадил ее в кресло и вызвал экономку. Женщина появилась через пару минут, с недовольством обозревая устроившуюся в кабинете парочку.

 – Аглая, инкнесс уже ушел? 

 – Да.

 – Сообщите Ульяне, пожалуйста, чтобы еду подали сюда.

Экономка поджала губы.

 – Молодой хозяин... – начала было она, но ее тут же перебили самым бесцеремонным образом:

 – Мережской младший поест в одиночестве.

Или он маленький мальчик и боится оставаться в комнате один?

Женщина окинула гневным взглядом выскочку, отдающего ей распоряжения, посмотрела на хозяйку и, не дождавшись от той никакой реакции, сухо кивнула и вышла.

 – Не грубите. Она хорошая, – прошептала виновато Катерина. 

 – Разрешите не поверить вам на слово. Не уверен, что вы умеете разбираться в людях.

Михаил отыскал в ящике стола нужный пузырек, вату и направился к вдове.

 – Что это? И откуда?

У мужа тут такого не лежало.

Мужчина присел в соседнее кресло.

 – Завел после того, как порезался канцелярским ножом. Повернитесь. Немного пощиплет.

У него были абсолютно не аристократические пальцы – не тонкие, не длинные, и в мозолях. Но Екатерина вдруг поняла, что эти грубоватые руки – единственные, которые касались ее с бескорыстной заботой. Ей вдруг очень это понравилось.

 – Увлекаетесь садоводством?

Михаил проследил за ее взглядом и с вызовом ответил:

 – Нет.

Просто помогаю матери. Вам что-то не нравится?

Катя смотрела на него с бесконечным всепрощающим спокойствием.

 – Нет. Наоборот. Думаю, что вы прекрасный сын. И брат. Лизе очень повезло.

 – У вас тоже есть брат.

Катя промолчала.

Михаил закупорил бутылочку и хотел уже встать, когда заметил на шее девушки часть синяка.

 – Это что? – его пальцы коснулись синеющей кожи. 

 – Ничего.