Наследство

Вдова долго ворочалась в кровати, и после очередного взрыва хохота, донесшегося с улицы, встала и накинула на плечи халат из индолезского шелка – подарок мужа из его последней поездки на Восток. Халат был Катерине довольно великоват, но она ни за что не променяла бы его на другой. Это было куплено специально для нее. С мыслями о ней. Пусть Евстафий не искал его специально, а взял "заодно" у торгового партнера с Востока, все равно это был жест внимания. Внимание Катя ценила. Родители никогда ничего ей не дарили. Даже, когда в доме появлялись деньги.

Звякнул колокольчик от входной двери. Екатерина, направляющаяся к библиотеке, услышала знакомый голос Аглаи и незнакомый какого-то мужчины. Спора не было, но вдова запахнула поплотнее халат и направилась в прихожую.

 – Аглая, кто там?

Экономка посторонилась, впуская внутрь мужчину.

 – Юрист. К вам. Хотел оставить записку и уйти. А я подумала, где ж он ночлег найдет в такое-то время, да еще в канун праздника? Что у нас, переночевать негде? 

 – Здравствуй.

Чуть сутул, худощав, глаза серые, волосы – русые, и весь вид чрезвычайно мрачный. Он не сильно изменился с их последней встречи. Но стал выглядеть гораздо старше. Уже не восторженный юноша – солидный молодой человек.

 – Здравствуйте. Аглая, это Михаил Климский, юрист и друг...семьи. Посели его в приличные комнаты. 

Лизин брат усмехнулся на слове «друг».

 – Инкнесса, вы считаете, это нормально – жить в одном доме с мужчиной через несколько недель после смерти мужа?

Вдова, пребывающая до этого момента в некоторой полусонной растерянности, выпрямилась и отчеканила:

 – В этом доме много мужчин.

 – Определитесь, «друг» или «рабочий».

Взгляд его выражал презрение и насмешку одновременно.

 – Вы прекрасно знаете, что вы, как родственник Лизы, всегда можете рассчитывать в моем доме на гостеприимство. Однако, лично для меня вы – нанятый работник, и, хотя она прислала вас с самыми лучшими намерениями, я считаю, нам будет комфортнее общаться как людям малознакомым, связанным только заработной платой. Которую мы завтра же и обсудим. Спокойной ночи. 

Екатерина развернулась к обидчику спиной и вышла из комнаты.