Страх жизни

Вот и костюм этот был стандартный одноразовый комплект, в котором Антон не узнал бы своего друга, даже если бы тот прошел мимо него в переходе. Услышав включившийся интерфейс, Ванька обернулся:

– А, соня проснулся! Ну ты дрыхнуть!

– И тебе не хворать!

Ванька отмахнулся от упрека Антона – пустые формальности:

– Тош, ты новости видел?

– Нет еще. А что там?

– Ну, ты! «Травматик» сегодня транслирует! Мировая премьера! Маринка уже подтвердила, и Федька будет, и Ирка. Так что вечером никаких «я не могу»! Блокируй все инты, кто не с нами – будем балдеть!

– А-а! – без особого энтузиазма отозвался Антон.

 – Я-то думал, что-то случилось! Ладно! Я присоединяюсь. По старой схеме?

– Ну да, – Ванька засуетился, у него что-то пищал главный инт. – Так, Тош, я опаздываю. Давай, до вечера!

Как всегда, не обращая внимания на друга, Ванька отключился. Антон макнул сосиску в контейнер с горчицей, зачерпнул белковую массу и отправил все в рот. Маринка наверняка уже покинула свою капсулу, но он, пережевывая стандартный завтрак № 7775, все же отправил ей такой же заспанный смайлик.

Бездумно таращась на стену, где только что была Ванькина капсула, подумал: «Надо бы поменять обои». Предложенные стандартные варианты нагоняли сон, и он поступил как обычно – бездумно ткнул в первый попавшийся. Выбор оказался странным – имитация бесконечного зеркального отражение капсулы, к счастью, без самого обитателя – делить свое крохотное личное помещение с кем-либо еще было бы немыслимо.

Длинная анфилада помигивающих интерфейсами капсул напоминала калейдоскоп, немного бесила, но Антон, верный принципу, оставил все как есть. Все равно там постоянно мелькали друзья – редко когда эта стена оставалась тем, чем и была на самом деле, – стеной.

Антон не знал, как поступил бы, если бы выбор санитарного костюма зависел только от него. Скорее всего, как и Ванька, ходил бы в стандартном. Но, к счастью, электрики Дома Врача носили специализированную версию, украшенную эмблемами и значками, как новогоднее дерево – кажется, его звали в древности елью и под него предки складывали дары духам леса.

Пневмопочта выплюнула сменный комплект, и Антон заученно облачился в экипировку, которая должна была защитить его от внешнего мира – мира, который неумолимо теснил человечество, – мира жизни.

Длинный коридор был оживлен. Обитатели блока грузились в лифты, идущие на транспортные уровни.