Драконьи осколки. Часть 2

Городские жители редко праздно шатались вдоль ручья, а мы – как знатные дармоеды на шее Дрэйктурра, могли себе это позволить.

Снег растаял и мы снова могли любоваться туманом поднимающимся между горных вершин и пронзительно яркой зеленью.

– Сегодня я уеду. Меня не будет несколько недель.

Я резко остановилась. Из одной из лавок вышла женщина одетая в белое. На ней был высокий головной убор, похожий на рогатую кику. Позади головного убора была прикреплена вуаль.

Женщина степенно плыла по улице. Встречные горожане замирали и чуть склонялись перед ней.

– Кто это? – шепотом спросила я Мастера Адайна.

– Драконья Жрица из горного храма, – тихо ответил он. – Дрэйктуррцы очень их почитают. Нам тоже следует выразить почтение.

Мы замерли и склонились в легком поклоне когда женщина подошла ближе. Я украдкой взглянула на ее лицо. Что-то в ней вызвало во мне чувство растерянности. Женщина равнодушно взглянула на нас и прошла мимо.

Лишь позже, когда мы возвращались в крепость, я поняла в чем дело.

Она была похожа на меня.

Проводив своего учителя, я засела в отведенных мне покоях. У меня было ужасное самочувствие и настроение. Все раздражало – крепость, неопределенность и недостаточная чистота. Я отдала бы все за один день в своей маленькой квартирке. Но, увы – сделку мне никто не предлагал.

Бесцельно прослонявшись до заката, я выскользнула из спальни, осмотрелась и отправилась вон из крепости. Уйти совсем уж незаметно не получилось, но и лишнего внимания я к себе не привлекла.

Я отправилась к горам, где возвышался драконий храм.

В сумерках меня нельзя было узнать. Как говорят – в темноте все кошки серы.

Храм располагался на скалах. Не каждый мог бы к нему подняться. Я шагала по крутым ступеням опоясывающим скалу. На второй сотне я перестала считать. Спустя еще некоторое время левое колено предательски заныло. Да, нелегок путь просветлению и утешению.

Когда передо мной открылся вид на святилище, я не смогла восхититься его величием.

Дождавшись пока дыхание станет ровным, я зашагала к высокой черной громаде. Снаружи святилище выглядело монолитом. Оно подавляло своими устремленными в небо линиями. Я толкнула огромные двустворчатые двери. В этом святилище они открывались с трудом – никакие духи, оказавшие в долговом рабстве после смерти, здесь не прислуживали.