Невеста опального герцога

— Они собирались надругаться над ней, — ответил он, стиснув зубы. — Ты, наверное, не замечаешь, но здесь это норма. Девичье согласие не стоит ржавой монеты.

Девушка позади него показательно всхлипнула.

— Они могли избить тебя до полусмерти.

— Я не настолько слаб.

— Их четверо!

— О чем ты переживаешь? Что твой защитник может немного поломаться? — усмешка исказила его губы.

Служанка съежилась, услышав неповиновение в голосе Алексиса. Она всей глубины наших отношений не знала, но разговаривать с хозяйкой как с себе равной — недопустимая вольность.

Черт. Если поползут слухи, что я позволяю с собой так общаться…

— Придурок, — шикнула я. — Какой же ты идиот. Немедленно убирайся, над твоим наказанием я подумаю завтра. Эй. Ты как? Цела? — постаралась обратиться к служанке ласково. — Я поговорю насчет произошедшего с управляющим дома. Больше тебя никто не обидит.

— С-спасибо в-вам. Я в порядке. М-могу идти?

— Да, конечно.

Она резво и совершенно без страха, как будто только что не хлюпала носом, нагнала Алексиса и пробормотала ему:

— Постой.

Несколько удивительная реакция для жертвы, которую минуту назад собирались обесчестить, да ещё и вчетвером.

— Не стоит, — отрезал мужчина, удаляясь из сарая.

Я обреченно застонала. Вроде ничего такого не произошло, но каждый новый шаг всё сильнее расшатывал и без того неустойчивое положение. Точно идешь по подвесному мосту, а с обеих сторон — пропасть.

***

Управляющий выслушал меня со святым неверием на лице, хотя чувствовалось — он об обстановке наслышан, но не собирается ничего с этим делать. Всех всё устраивает.

— Госпожа, я обязательно разберусь с парнями, — склонился передо мной в поклоне.

Угу, надеюсь на то.

— Кроме того, надеюсь, вы проследите, чтобы стычка с моим личным слугой не продолжилась, например, ночью или утром? Мало ли у кого из "парней" появились к нему претензии?

— Обещаю лично проконтролировать ситуацию.

Ну, надеюсь, Алексис понимает с первого раза.

Раньше же понимал...

Я не могла даже представить, чтоб в отцовском имении кто-то покусился на женщину. Это было отвратительно. Попросту немыслимо. Здесь же, как я успела заметить, вообще царили особые нравы. Все без исключения тряслись при виде лорда Фаркоунта — да и он бывал откровенно не сдержан.