Мир разбитых надежд

Подозревала о чём-то? Или просто знала о его тяге к приключениям?

Драко не видел никого, кроме неё. То, как Тео уводит Пэнси из комнаты, тоже не отложилось в памяти. Дверь захлопнулась. Они остались одни.

— Ты вернулся.

— Вернулся.

— Надолго? — В её глазах было столько эмоций, что Драко трудно было вычленить какую-то одну.

— Насовсем.

Он не хотел этого. Зазеркалье — его дом. Там остались Аберфорт, Блейз и даже отец. Но там же осталось и его проклятие. Стоит ему вернуться, как сердце остановится в ту же секунду, возвращая долг.

Радость на лице Гермионы была не поддельной. И ему стоило вернуться домой хотя бы ради этого. Но больше в этом мире он ничего не умел. Он охотник за сокровищами. Какие сокровища можно найти в Англии?

Карман оттягивала волшебная палочка, и Драко вынул её, вертя в пальцах. Здесь она бесполезна. Он больше не волшебник. Магия течёт в его венах, но не в этом мире. Вместе с проклятием в Зазеркалье осталась и она. Он не помнил, как жить без волшебства.

Почти тринадцать лет назад он принял решение уйти в другой мир и обустроиться там. Сейчас ему пришлось принять решение покинуть его навсегда.

Больше всего Драко жалел, что не попрощался с Аберфортом. Дамблдор заменил ему отца. Его родной же отец даже не узнал его. Или сделал вид, что не узнал.

Люциус Блэк. Надо же. Мать взяла фамилию мужа, а он теперь использует её собственную.

— Всё в порядке? — Голос Гермионы был взволнован.

— Да, теперь всё хорошо.

— Ты правда останешься? — Всё ещё не верила, ведь он так много раз лгал.

— Я останусь. Пойдём на свидание?

Она захихикала. Это было так неожиданно. Они всё ещё стояли в кабинете его отца. В доме, где ни один член его семьи больше не появится. Теперь здесь только он и Тео. И Пэнси. Его настоящая семья.

— Пойду, — Гермиона кивнула и улыбнулась, а в следующее мгновение почувствовала дыхание Драко на своём лице. Он приблизился к ней, соприкасаясь губами. Первый поцелуй спустя почти год разлуки.

Он целовал её, обхватывая щёки ладонями, а она тянулась наверх, чтобы стать ещё ближе. Они так давно не виделись, и этот поцелуй подобно глотку чистой артезианской воды. Или жаворонковой. Но теперь оба знали, что она не при чём. За год действие выветрилось. Всё, что сейчас происходит, — их желание.

Секунды то тянулись со скоростью улитки, то пролетали подобно вырвавшемуся из волшебной палочки проклятию.