Мир разбитых надежд

Забини кивнул, и Драко снова взмахнул палочкой, становясь невидимым, и покинул замок.

Когда он добрался до гостиницы, усталость дала о себе знать. Ноги еле передвигались, пальцы рук почти не слушались. Он ввалился в номер, шатаясь, и мгновенно замер, заметив Гермиону. Она сидела на полу, согнув ноги в коленях, а её запястья были связаны. Он перевёл взгляд на пожирателя, стоящего у окна.

— Почему она связана? — рыкнул он.

— Она бешеная! Пыталась сбежать, кидалась. Она укусила меня! — Пожиратель смерти обиженно протянул руку, и Драко заметил на тыльной стороне ладони след от зубов.

Малфой выставил его за дверь и присел на корточки, развязывая верёвки на руках Гермионы. На её щеках он видел потёки туши от слёз, а её зрачки расширились, когда он обхватил её лицо ладонями.

— Как ты? — только и спросил он.

Её голос охрип от долгого молчания. Грейнджер заверила, что она в порядке. Драко помог ей подняться и позволил обхватить его талию руками, прижимаясь ближе. Она тяжело дышала и смотрела на него так, словно он и правда мог не вернуться.

— Ты больше не уйдёшь?

Драко хотел бы сказать правду, но, глядя в её большие карие глаза, полные слёз, понял, что не сможет.

— Не уйду, — ответил он и, не позволяя ей обдумать искренность его слов, наклонился, сталкивая их губы. Гермиона ответила мгновенно. Он нежно сминал её мягкие губы, думая, откуда в таком хрупком создании так много силы. Там, в своём мире, который когда-то был и его миром тоже, она спасала людей, каждый день вытаскивая их с того света, в то время как он бесцельно путешествовал по миру, отыскивая побрякушки и называя их сокровищами.

Он пришёл в этот мир за отцом двенадцать лет назад, но так его и не нашёл, в конечном итоге забыв о своей цели. Драко было стыдно, но об отце в последнее время он думал редко. Стоит ли человек, добровольно бросивший их с матерью ради другой жизни, его мыслей?

Губы Гермионы заставляли его забыть о подобных вещах. Она хваталась за его одежду и тянулась наверх, желая сократить расстояние ещё больше, уменьшить разницу в росте.

По телу разливался жар. Оно полыхало огнём, плавилось, заставляло нуждаться друг в друге. Её пальцы пробрались под рубашку Драко, касаясь оголённой кожи. Возбуждение нарастало. Малфой легко мог нарисовать себе в голове картинки того, как прижимает Грейнджер к стене, кровати или полу и вбивается в её податливое тело на каждой поверхности этого номера.