Дракон с отрезанными крыльями

Я, поверь, с какими только людьми за свою практику не сталкивался, но никогда не слышал о реально действенных препаратах, замешанных на драконьих ингредиентах.

– Это потому что никому в голову не приходило, что не всякий ящер нужными характеристиками обладает. Только очень редкий. Перламутровый.

На лице Эйнарда появилось крайнее изумление.

– Ты видел перламутрового дракона?!..

– Только его человеческую ипостась, – уточнил Тила. – Зовут Джемма. Девять лет. Розовые глаза и буйные кудри с натуральным жемчугом.

Кукла куклой. Мать ее совсем младенцем к себе взяла, когда еще непонятно было, что за сокровище охотникам в руки досталось. Растит вот, от людей скрывая…

– А по праздникам кусочки отщипывает, – зло высказался Эйнард. – Этот от боли головной, а этот – чтобы собратьев ее на колени поставить.

– Не так все, слава Ойре, – возразил Тила, отметив про себя, что слова Эйнарда один в один повторили его первые мысли в пещере, где жила Джемма с матерью. – Она только омертвелые ткани использует: выпавшие чешуйки, отслоившиеся когти.

Ну, слюну там, еще что…

Эйнард посуровел еще больше.

– Подчинить дракона без его крови невозможно! – отрезал он. – Не та это птица, чтобы на чешуйку отреагировать!

Тила кивнул.

– Вот ты просек, и братья ее просекли. Пригрозили девчонку в оборот взять, если сестра им сыворотку не сварганит. Она вообще никогда в братовых зверствах не участвовала, предпочитая ремесло ведуньи, но тут уже выбора не осталось. Не могла дочь им отдать.

Состряпала нужное снадобье, ну они и взялись за дело. Одно хорошо: время действия у этой гадости недолгое: надо повторять прием с завидной периодичностью. Но пока, видать, братьям хватает, а потом снова к сестре потянутся за добавкой.

– Сбежать не пробовала? – хмыкнул Эйнард. – Забиться там в лес поглубже, чтобы братья не нашли. Или в город другой перебраться?

Тила поморщился.

– Где ее примут с драконом в подоле? – поинтересовался он. – А в лесу двум женщинам долго не протянуть.

Тем более что Джемме постоянно сладкое требуется.

– Я смотрю, безвыходная ситуация, – сыронизировал Эйнард. – Ну, к нам бы в Армелон, что ли, пригласил. Али не догадался?

– Догадался, – буркнул Тила. – Обещала подумать. Боится, что мы тоже ее дочь на опыты пустим.

Эйнард покачал головой.

– Вот она, женская логика. Братьев, что мальчишке конечности отрезали, мы не боимся. А из-за каких-то придуманных страхов способны дочерью рисковать.