Дракон с отрезанными крыльями

Айлин ободрительно кивнула, приглашая продолжить, и Эдрик, несмотря на слабо выдавленный братом протест, выложил, как Хедин ветку многотонную, будто пушинку, отбросил, как рану на голове Аны нашел, как зажал ее, останавливая кровь, и как приказал Эдрику бежать за помощью. – И… и, если бы не он… она бы померла до вашего Дарре!.. Это Хедин ее спас, а ему даже спасибо никто не сказал! Все только Дарре, Дарре… – он всхлипнул и утер нос, не глядя на брата. Тот сполз по стене вниз и сидел, подогнув одно колено и глядя в землю.

– Если б он ее на дерево не загнал, ничего бы вообще не случилось! – взбрыкнул тот и пнул в сторону недруга небольшой камешек. Хедин зачем-то его поднял и повертел в руках, так и не поднимая головы. Айлин снова вздохнула.

– Иди к родителям, – посоветовала она Вилхе. – И не дай тебе Ойра когда-нибудь на месте Хедина оказаться.

Вилхе передернул плечами, вряд ли осознав до конца смысл ее слов, но спорить не стал.

– Позже поговорим, – буркнул Вилхе и направился к дверям. Айлин присела возле второго кузена и при тусклом свете из больничного окна попыталась осмотреть его голову. Хедин не сделал попытки увернуться, но и помогать ей не стал. Помучавшись с минуту, Айлин снова поднялась на ноги и протянула ему руку.

– Пошли. Если не хочешь, чтобы вокруг тебя сейчас мама завертелась.

Угроза возымела действие на не желающего шевелиться Хедина: вряд ли за два года в Окиносе он успел позабыть, сколь остра на язык тетка, и испытывал большое желание услышать в свой адрес пару ласковых.

Оставив Эдрика в приемной, Айлин повела Хедина прямиком в отцовский кабинет: благо сам главный доктор на месте сейчас отсутствовал. Зажгла специальную яркую свечу и снова принялась осматривать голову кузена. Тот сидел, не шевелясь, и, даже когда Айлин приложила к месту содранной кожи бинт с дезинфицирующим раствором, не вздрогнул и не поморщился.

– Это не конец света, – резонно заметила Айлин. Хедин повел плечами.

– Зря Вилхе остановила, – сообщил он. – С ним как-то… повеселее было.

– Успеешь еще дома повеселиться! – рассердилась она. – Отец узнает – мало не покажется.

Хедин помрачнел, но, как оказалось, вовсе не по той причине, что подумала Айлин.

– Пустишь переночевать? – неожиданно попросил он.