Дракон с отрезанными крыльями

Теперь же он и вовсе забыл, что такое совесть, явно считая себя первым лицом Армелона и поступая так, будто ему все дозволено. Пожалуй, они с Айлин в своем беспредельчестве могли бы составить идеальную пару.

У Аны что-то вздрогнуло внутри и подернулось холодом. А ведь она почти поверила в то, что кузина изменилась, когда та столь ласково заговорила со старушкой. Но какая уж тут старушка, когда рядом богоподобный Кён? За ним непристроенные армелонские девицы табунами бегали, а он вот… на Айлин изволил свой взор обратить.

Иначе разве щерился бы так? И отвешивал дурацкие поклоны?

Айлин наскоро ответила на его приветствие и попыталась было обойти, но Кён преградил ей дорогу и снова улыбнулся так, что Ана у окна скрипнула зубами.

– Могу я чем-то помочь? – поинтересовался Кён, и Ана невольно глянула на землю в поисках чего-нибудь поувесистей, что бы в случае прямого попадания в физиономию Кёна наконец стерло этот белозубый оскал. Бр-р! Никто и никогда так не бесил Ану, как этот наглец! Он единственный во всем Армелоне до сих пор смотрел на ее отца свысока, как на недочеловека, а Дарре и вовсе называл эндовым отродьем.

Знала ли об этом Айлин, Ане было неведомо. И все же она целиком превратилась в слух, словно именно сейчас надеялась определить истинную сущность кузины. Да невозможно же не понять, каков этот Кён на самом деле! И если Айлин начнет с ним кокетничать…

– Вы могли бы извиниться перед старой женщиной и проводить ее до дома, – не слишком любезно отозвалась Айлин, но все-таки посмотрела на Кёна.

– У нее тяжелые покупки.

Тот передернул плечами, однако потом призывно свистнул, и Ана с удивлением увидела зашедшего в пекарню Эдрика. Ровесник Аны, робкий, хрупкий и болезненный, – он всегда был поводом для стычек между ней и Хедином, когда насмешки старшего брата над младшим превосходили терпение не выносившей чужих унижений Аны. Она заступалась за Эдрика, Хедин тут же делал ее жертвой своего не слишком тактичного юмора, после чего Вилхе приходилось кулаками вколачивать в обидчика уважение к его младшей сестре.

Ана терпеть не могла Хедина и, пожалуй, ничуть не удивилась бы, если бы по зову Кёна явился именно он: два сапога – пара! Но увидеть на этом месте Эдрика стало для нее настоящим потрясением.

Кён тем временем взял из рук Айлин пакет с выпечкой и, всучив его Эдрику, едва ли не пинком выпроводил того вслед за старухой. Потом снова повернулся к Айлин.

– Я удовлетворил твою просьбу, – высокомерно заявил он и шагнул ближе. – Теперь твоя очередь.