Дракон с отрезанными крыльями

Беата первой уселась, первой выпила компот, первой схватила творожник и, даже не обмакнув его в сметану, затолкала в рот. Кайя аккуратно надкусила свой. Айлин положила пару штук в тарелку, понимая, что не сможет проглотить ни кусочка, пока не увидит, пришлась ли ее стряпня по душе Дарре. Поэтому медленно и очень тщательно размазывала сметану по верхнему творожнику, собирая по краям, рисуя спирали и снова начиная сначала. Дарре между тем тоже не торопился с едой, поглядывая по очереди на каждую из сестер, пока Беата, облизав пальцы, не вытянула новый творожник и не заявила категорическим тоном:

– Руками вкуснее! Когда папа готовит, мы с ним всегда так едим! Это Айлин со своими ложечками ковыряется! Чистюля!

Айлин вспыхнула, поняв, что поставила Дарре в неловкую ситуацию, угостив незнакомым блюдом и не подав пример, как его есть.

Вряд ли ему могло доставить удовольствие попасть впросак перед тремя девчонками, и Беата это поняла с первого взгляда. А Айлин… словно опять решила поиздеваться…

– Да я… сметану просто намазывала, – забормотала она.

– А руками и правда вкуснее. Обмакивая… как Кайя…

Беата фыркнула, показала ей язык и откусила еще один творожник. Дарре усмехнулся и последовал примеру Кайи. Айлин опустила глаза в свою тарелку. Почему же опять так сложно? Даже сложнее, чем когда они ссорились: там хоть слова не приходилось придумывать и выталкивать их с таким трудом. Правда… Дарре тогда ни за что на свете не пришло бы в голову согреть ее руки…

– Напечь бы таких побольше да на ярмарку… – задумчиво протянула Беата.

– Ох, и денег можно было бы заработать… На новое платье точно бы хватило…

Айлин вздрогнула, осознав, что сестра угадала ее мечту. Не новое платье, конечно, а собственная пекарня, где она могла бы продавать всякие вкусности. Такие лавки были очень популярны в южных странах, и Айлин казалось, что и в Армелоне могут найтись желающие лакомиться каждый день свежими сладостями. Она только не знала, ни как это организовать, ни как вообще заикнуться родителям о своем желании.

Вряд ли они бы его одобрили. Но без их помощи и поддержки…

– Айлин? – неожиданно позвал ее Дарре и посмотрел с таким интересом, словно догадался, о чем она думает.

– Глупости, – тут же стушевалась она. – Да кто за хлеб обычный деньги платить станет? Я бы сама даже шнокель пожалела, если бы сладкоежкой такой не была. Это в Окиносе…

– Я бы заплатил, – глядя на нее в упор, сказал Дарре.

– И я, – неожиданно поддержала его Кайя.