Измена. Осколки моей души

— Элен…— мне казалось, что наши губы вот-вот соприкоснуться, но вместо этого мужчина прижался лбом к моему лбу, — девочка моя, я не хочу так с тобой поступать.

Я дернулась в сторону и отвернулась, словно меня ужалили.

Это было так больно. Там, в другом мире, он смог предать меня, а здесь, когда я так хочу его любви и он, кажется, готов мне снова ее дать, его моральные принципы оказываются сильнее. Он держится за свой неудавшийся брак, как последний воин за штандарт павшего королевства. Это не справедливо!

— Элен, прости, я не хотел тебя обидеть.

— Поэтому, ты не придумал ничего лучше, чем откупиться от меня? Странно, что ты не продал меня князю, одной заботой было бы меньше. — мой голос звенел от обиды.

— Элен, я всего лишь хочу лучшего для тебя. Не хочу испортить тебе жизнь. Поверь, я больше всего мечтаю о том, чтобы поддаться своим чувствам, но я не могу, не могу…

— Не можешь быть не правильным? Не можешь выбирать свою дорогу, не озираясь на мнение окружающих?

— Да, ты права, мне не хватает наглости идти против течения, и, кроме этого, я хочу быть примером для своего сына.

Сейчас ты слишком молода и беззаботна, но когда-нибудь ты обязательно поймешь.

Я поняла, что мои слова его задели, но и его слова разбили ту надежду, которая успела зародиться в моей душе. Говорить о чем-то сейчас смысла не было, потому я просто развернулась и пошла прочь.

Глава 27

На кухню я вернулась не сразу, сначала мне нужно было погулять и унять боль. Сколько еще моих надежд разобьет Дарен? И сколько я буду это терпеть? Может и правда, лучше взять узелок, да уйти куда глаза глядят.

Здесь меня не ждет ничего кроме разочарования. Превращаться в Вассию я не хочу, я не столь добродетельная, чтобы посвятить свою жизнь заботе о семье Дарена. В конце концов, я еще молода и могу найти свое счастье. Зачем собственноручно закапывать себя на кухне?

Думая в таком ключе, я вернулась на кухню и стала рассеяно помогать с приготовлением ужина. Недовольные взгляды Вассии тоже долгое время оставались мной не замечены, пока мы сами не сели за свою позднюю трапезу, правда мне кусок в горло не лез, и я уняло ковырялась в жаркое.

— Ты мне, Еля, поведение это прекращай. Не посмотрю, что сирота, с кухни выгоню. Господин у нас мужчина женатый, а ты хоть и чудная, да девка красивая, до греха его довести хочешь. Вот только, таких разлучниц потом железом каленым жгут. Госпожа Златаслава тебе подобного с рук не спустит.