Любовь (не) зависимость

Улыбка сползла с лица сестры. Теперь я ощутила себя виноватой.

— Ой. Я не помню. Может, и упоминали, – растерянно произнесла Лоя. Извини!

— Мы говорили об этом, но без подробностей. Лоя, господину Эртону нужно уже завтра отправиться домой. Он живёт не здесь. Поэтому такая спешка с принятием решения.

– О-о, – протянула сестра, но больше ничего не добавила. Понуро опустила голову.

— Я пойду собирать вещи, — предупредила я прежде, чем уйти.

Но не успела скрыться в комнате, как ко мне прибежали сестры. Взбудораженные, несколько сконфуженные, они всячески пытались поднять мне настроение.

И мама пришла следом за ними. Я не особо разделяла их энтузиазм. Но пока складывали вещи в чемоданы, они сумели заразить меня своим настроением.

Даже серьезная Хели улыбалась, постоянно приобнимая меня, дотрагиваясь. Я знала, что это одна из последних наших встреч. Неизвестно, когда в следующий раз я буду дома. Поэтому решила насладиться моментом и поддаться. Напевала вместе с ними песни, смеялась и шутила. Было почти легко и спокойно.

А всё плохое пока затаилось серым фоном, от которого я сейчас старательно отводила глаза.

В такой атмосфере прошла половина дня. Мы почти закончили с одеждой, осталось лишь подготовить кое-какие книги, нитки и ткань для вышивания, да ещё некоторые мелочи, и мои вещи будут полностью готовы отправиться со мной в новое место. Папа на обеде не появился, и мы весело галдели за столом, что при нем делать категорически запрещалось. Даже мама, казалось, помолодела. Вела себя непринужденно, много смеялась, и постоянно смотрела на нас с любовью.

Это было особенно приятно.

Тело ещё болело, но не настолько, чтобы мешать заниматься делами. Амису я почти не видела, да и мне сполна хватило ночных разговоров. Под конец обеда пришла Кати, ещё одна служанка, и передала просьбу папы, чтобы я сейчас же явилась в его кабинет. В приподнятом настроении, немного растрёпанная и разрумянившаяся после сборов, я отправилась к нему, гадая, что ему могло так срочно понадобиться.

Я постучала в дверь и вошла в кабинет.

Какого же было мое удивление, когда там я увидела папу, Коула и ещё одного мужчину, который, видимо, и занимался документами. Возможно, это был нотариус.

— Эми, проходи, — пригласил отец.

— Добрый день, — поприветствовала я всех присутствующих, взяв себя в руки.

— Эми, здравствуйте, — произнес Коул, огибая стол и кресла, и направляясь ко мне.

Я подняла голову, чтобы заглянуть в глаза-льдинки. Кажется, я даже была рада видеть этого мужчину.