Любовь (не) зависимость

Значительно легче. Главное, не раствориться в ней. Главное, не свихнуться.

Господин Эртон расстегнул ещё несколько пуговиц прежде, чем появилась возможность оголить руку, стянув до локтя плотную, обтягивающую ткань. Я вновь задержала дыхание, когда горячие пальцы коснулись моей кожи.

— Так я и думал, — напряжённо произнёс Коул.

Как именно он думал, я не знала, но решила пояснить.

— Оно появилось три месяца назад, в тот день, когда была сделана та фотография, — сообщила я.

— Да, я понял, – задумчиво произнес он.

Мужчина быстро вернул рукав на место. Закончил с воротником и натянул перчатки, чуть поморщившись. Не знаю почему, но меня не смущали эти физические дефекты. Главное всё же, чтобы у человека внутри не оказалось гнили. Это меня волновало больше всего.

Я шагнула в сторону, посмотрела на унылый пейзаж за окном. Мне теперь часто всё казалось каким-то выцветшим. И я вновь вспомнила тот день. Точнее, фрагмент. Ляпистый, слишком яркий, дергающий глаз орнамент на стенах, который всегда первым вспыхивал в памяти.

Мой ужас, охвативший сознание и сковавший движения, застелившие глаза слёзы и обнаженная перед фотографом и толпой людей спина. А ещё тот мужчина передо мной, что одним щелчком пальцев разрушил мою спокойную жизнь. Моё тело напряглось, руки гневно сжались в кулаки. Ненавижу его!

— Тише, тише, — вдруг услышала мужской голос, вернувший меня в реальность, и развернулась. — Я могу помочь. Я приехал в этот город не просто так, а ради вас. Я помогу вашей семье, а вы окажете содействие мне.

Договорились?

Я внимательно рассматривала Коула. Кто он и зачем ему я? Плохо представляла, что он имеет в виду. Какая от меня помощь? Ничего не понимаю.

Тот, кто это сделал со мной, наверняка даже имени моего не запомнил. Поэтому, если господин Эртон задумал воздействовать на него через меня, то ему это не удастся. Похоже, заметив мой настороженный взгляд, собеседник всё понял.

— Эми. Вам нужно просто согласиться. Для вашего же блага. Я понимаю, что пока вам может показаться все это безумством, но поверьте, я не пытаюсь вас обмануть или как-то обхитрить, чтобы использовать в каких-то сомнительных целях, – произнес Коул, не сводя с меня светлых глаз.

— Беспокоит? — спросил он, и указал на плечо.

— Да. Иногда болит, — согласилась я, не обнаружив смысла отрицать.

До чего же все странно. Я хотела расспросить мужчину, узнать обо всем что ему известно, и понять его мотивы, но в столовую вошёл отец и, не слишком довольный, пригласил всех за стол.