Фея в академии драконов

Вероятно, со стороны его могли счесть безумцем. Внушительная латунная сова в натуральную величину реагировать не желала и казалась исключительно статуэткой.

Но ректор сам видел, как Пуффард укладывался спать. Заявил, то студенты ему надоели, и он отдохнет годик. С тех пор прошло пять, а он и не думал пробуждаться.

У него, старожила магадемии, ректор хотел уточнить про появившегося в подвале мага. Пуф наверняка помнит эту необычную историю. Что может быть лучше, чем повествование свидетеля?

В бумагах все путано и ничего не понятно.

И даже решил предусмотреть специальную ставку в штате. Останавливало только, что изложение в летописях придется контролировать. А то этот архивариус понапишет!

И как это устроить, Громов пока не решил. Без того забот хватает, чтобы еще данным вопросом заниматься.

Послал небольшой магический импульс в латунную фигурку птицы, пребывая в нетерпении. Тратить время на ожидание было невыносимо.

— Пуф… — встрепенулась металлическая сова, вздрогнув всем телом.

И открыла глаза, уставившись на ректора живым взглядом.

— Совершенно возмутительно так нагло стараться меня разбудить. Между прочим, можно было более чутко отнести к моему желанию не просыпаться! — возмутился Пуф без стеснения.

Вздрогнул, встопорщил перья, и латунного блеска не осталось. На деревянной консоли, что устроена под внушительными часами, теперь сидела крупная и необычная, но вполне живая сова.

— Простите, дорогой Пуффард, но дело требует вашего внимания, — незамедлительно сказал ректор, игнорируя недовольство магической птицы.

— У вас постоянно что-то требовало внимания. Потому я и отправился спать! — раздраженно пробурчал внушительный пернатый в совином виде.

— Тут случай особый. В подвале академии из-под земли выбрался некто. И очень хочется знать, как он там очутился, — поведал интригующую загадку Громов, желая привлечь внимание несговорчивой птицы.

Прежде Пуф отличался любопытством, пока не решил отправиться на покой.

— В подвале? — тут же уточнил совус, как он просил себя называть. На «сову» обижался, не желая слышать эту женскую форму. Требовал уважения и правильного обращения.

— Проломив больше метра прекрасного бетонного пола! — подчеркнул масштаб происшествия Громов, желая окончательно заинтриговать сову.

— И где сейчас этот настойчивый гость? — справился Пуф, заинтересованно глядя на ректора.