Чёрные руины

Может, попробовать самой развить свои способности в энергогностике? Тогда я успею проучиться по-настоящему целых три курса и без специальности не останусь… Ребёнок. Я слышала, что расставаться со своим ребёнком очень трудно… Но всё это пока умозрительно. Время есть, а потом…»

Она не замечала, как цепенеет её напряжённое лицо, а только машинально, бездумно старалась не пролить невольные слёзы – то ли от обиды, то ли от злости…

- Не реви! – вполголоса велели ей, и Марина от неожиданности подняла голову.

Перед ней, упершись руками в учебный стол, стояла темноволосая девушка-драко.. Хорошенькая. С округлого, хоть и худенького личика сияли карие глаза. Незнакомке никакой косметики не надо – ресницы густые, настоящая обманка: постоянно кажется, что девушка подвела глаза косметическим карандашом, а приглядишься – ан нет, и впрямь ресницы такие. Атавистическая маска вокруг глаз еле виднелась. Светлая драко. Поэтому за нею стоят ещё две девушки – из боевого клана драко. Их чешуйчатые полумаски отчётливы.

- Бери свою тетрадь и идём за мной, - скомандовала светлая драко.

Ничего не понимая, Марина с мгновенно высохшими глазами поднялась и суматошно собрала вещи в пакет. Преподавателя нет до сих пор. Что случилось? Её, Марину, вызвали куда-то, а она не расслышала, занятая своими горестями? Она испуганно взглянула на аудиторию, отметила обозлённый вид Риналии… Когда Марина вышла из-за стола, девушка-драко крепко взяла её за руку и повела к ряду, где сидели её сородичи и приветливо улыбался Шемар.

Глава 4

Они вышли рано. Здешнее солнце лениво всплывало над неровной линией горизонта, и пока было зябко, поскольку от земли, остывшей за ночь, тянуло сырой прохладой. Но друзья оделись, зная, что их ожидает, а через полчаса ходьбы оба разогрелись так, что Рассветный Шторм снял плащ и перекинул его на руку. Выглядел он теперь денди, гуляющим по площадям самых знаменитых столиц. Буклих же, сняв куртку, скомкал её и сунул в небольшой вещевой мешок, прихваченный именно для таких нужд.

- Дай, - сказал Шторм, протягивая руку за мешком. – Кампуса уже не видно. Можешь встряхнуться как следует.

Буклих радостно улыбнулся и снял вторую, тонкую, но плотную куртку, в которой ходил по кампусу. И, наконец, выпрямился, поведя плечами. Тесно стиснутые крылья медленно разошлись в стороны, принимая обычную форму и разглаживая кожу между слишком долго прижатыми друг к другу перепонками.