Чёрные руины

Пока зверьки, попискивая, скакали уже по большой комнате, Марина вдруг застыла взглядом на учебном столе. «А нужно ли? Может, всё впустую? И эти только теоретические знания мне никогда не пригодятся? Но я уже практически кое-что умею. Огонь зажигать – у меня получается. Бросать комочки силы – особенно, если передо мной такая соблазнительная мишень, как Шторм, – тоже. Так что же не так? Почему я дёргаюсь и психую?» Она тревожно сдвинула брови, пытаясь понять себя и своё состояние, в котором она и правда мечется из стороны в сторону.

«Адреналин! – мрачно решила она. – И больше ничего! Адреналин меня поджигает, как подумаю о том, что было. Как подумаю о том, что будет… Поэтому и делать ничего не могу, а только жду, пока ситуация разрешится…»

Сообразив таким образом, что не так, девушка выдохнула и уселась на стул перед учебным столом. Просмотрела конспекты… Снова забылась, думая о том, что предстоит.

- Трудно об этом думать, - прошептала она. – Если бы знать, что пригодиться…

Она старательно не думала о том, что сделают с нею преподаватели.

И стук во входную дверь апартаментов восприняла как благодать. Помчалась так, как в своём мире бегала на звонок стационарного телефона в родительской квартире.

Запыхавшись, открыла дверь.

- Это правда, что ты стала женщиной Рассветного Шторма? – ледяным тоном спросила Риналия.

Марина молча смотрела на неё, постепенно наполняясь огнём раздражённого гнева.

- Ведунки любят перетряхивать личное бельё всех и вся? – тем же тоном ответила она вопросом на вопрос. – Зачем ты спрашиваешь, Риналия? Или ты не ждёшь ответа, а хочешь сунуть нос в наши простыни? Хочешь, чтобы я проводила тебя к своей кровати и подняла одеяло?

- Ты не смеешь со мной так говорить! – выплюнула та.

- Смею, - резко ответила Марина. – Ты сама сказала, что я женщина Шторма. Теперь мы на равных. Если только ты, как любопытная и склочная плебейка, не будешь лезть в чужие дела.

«Плебейку» Марина вспомнила не просто так: словечко, произнесённое Риналией, когда она появилась в академии, до сих пор сидело в душе, как заноза. Девушка понимала, что, по сути, поступает ничем не лучше ведунки, но перебороть себя не могла. Обида всколыхнулась, едва Риналия открыла рот со своим дурацким вопросом. Таким образом она могла допрашивать свою служанку, но не однокурсницу.

- Извинись передо мной! – потребовала Риналия.