Чёрные руины

Шаг в кабинет со своей неугомонной ношей, которая вот-вот вырвется из его рук… Марина резко подалась в сторону, правая рука снова оказалась свободной, и девушка метнула следующий концентрат силы в галдящую толпу девиц. На этот раз парень среагировал: боевой посох вылетел из рукава и принял на себя ещё более плотный силовой снаряд!

Отдача от столкновения силового концентрата и защищённого боевого посоха оказалась такой, что ведуна с его бунтующим грузом бросило на открытую дверь. Шторм повалился назад. Ахнувшая от неожиданности Марина вцепилась в дверную ручку, и он, не отпуская её (ударится ещё!), чудом устоял на ногах.

Посланная ударом ноги дверь в кабинет захлопнулась, отрезая их двоих от всполошённых воплей и слезливых жалоб.

Шторм одним движением усадил на один из столов Марину, которая неподвижно уставилась в пространство и только со всхлипом втягивала воздух, и, держа её за плечи на расстоянии вытянутых рук и пришпиливая тем самым к месту, жёстко спросил:

- Да что с тобой случилось? Успокойся!

Она резко наклонилась – и он еле успел отдёрнуть руку, чтобы она его не укусила.

- Марина! Успокойся!

Она выпрямилась – с таким напряжённым лицом, с такими бешено горящими глазами, но в то же время с таким вниманием к нему, что через секунды он отпустил её руки, сообразив, что они-то расслабились и девушка готова к разговору.

- Ничего, - сквозь зубы сказала она. – Абсолютно ничего не случилось. Если не считать, что я обычно выполняю свои обещания.

- Риналия просто подошла ко мне, - с досадой ответил он. – Что теперь мне –шарахаться от неё?

- Попробуй тогда ещё что-нибудь сказать о моей дружбе с Шемаром!

- Но ты!.. – Он осёкся, когда она подняла на него блеснувшие от ярости глазищи, и на этот раз он всё же рассмотрел, что она недавно плакала.

- Я следую твоему примеру! – отрезала она. – Тем более с Шемаром я никогда под ручку не ходила, да и вижу его в основном только на наших общих лекциях, а у тебя здесь целый батальон из влюблённых куриц – и я должна молчать?! Я тебе пока только невеста!

- Чего ты добиваешься? Чтобы я шарахался от них? – Он-то хотел спросить, показывая ей своё недовольство.

А Марина вдруг успокоилась и скептически поджала губы, рассматривая его подбитую скулу, на которой он, рассеянно поглаживая болезненно жгучую ссадину, размазал кровь. И её глаза стали какими-то сухими и жёсткими.