Дочери богини Воды. Река забвения

Сумерки в Сольгрейн и вправду сгустились быстро. Уже завтра ночь начнет уменьшаться, а день – прибывать.

Походив еще немного, чтобы переждать боль в ногах, Гведолин, наконец, решила – пора. Не спеша дошла до дома Фейтов, снова обошла ограду, выискивая то самое место, которое не было видно из окон. Собак не слышно. Хорошо.

Перелезть через забор для нее не составляло труда. Осталось определить, как попасть в дом.

Вероятнее всего на первом этаже спален не было. Тогда Гведолин посмотрела вверх и обнаружила, что ветки яблони, росшей поблизости, как раз достают до окон второго этажа.

Лезть на дерево в юбке и в плаще не слишком удобно. Да и туфли для этого не предназначены. Но она справиться. Главное, чтобы сучок не хрустнул, ветка не обломилась, и кто-нибудь из домочадцев не решился получше рассмотреть темный сумрак за окном.

Ветки яблони оказались надежны и крепки. И второй этаж как на ладони. Хоть в чем-то повезло.

Вот окно занавешено плотной тканью с синий цветочек. Жаль, ничего не видно.

А если ее обнаружат? Решат, что она воровка или чья-нибудь сообщница. Точно посадят и разбираться не станут. Что она делает?

Второе окно – занавешено. Третье – открыто, но там нет света.

А если она сейчас сорвется и упадет вниз? Не разобьется, но покалечится. В работном доме калек не жалуют. Главное, чтобы руки остались целы, тогда она сможет прясть и не потерять работу... О чем она только думает?

В четвертом окне затеплился огонек. Похоже, свеча разгорелась, и Гведолин смогла рассмотреть стол, заставленный пузырьками, кастрюльками и банками.

Да, в комнате на кровати, безо всякого сомнения, лежал Терри.

Когда Гведолин тихо постучала по стеклу, он с трудом повернул голову, пытаясь определить, откуда идет звук. Долго тёр глаза, прежде чем, держась за стол, стул и подоконник, добрел до окна, с трудом отрыл раму и уставился на Гведолин в полном недоумении.

- Добрый вечер, - нарочито бодро и буднично произнесла она, словно зашла в гости как все – через дверь. - Впустишь?

Терри, не произнеся ни слова, отодвинулся в сторону, и Гведолин спокойно перелезла с ветки на подоконник. Вот так. Будто всю жизнь только тем и занималась, что лазила по чужим домам.

В комнате было душно, в нос ударил знакомый запах лекарств, болезни, немытого тела и тоски.

- Г-гвен? Это...