Ассистент(ка) Его Темнейшества. Он - дракон!

Наверняка уже кто-то пронюхал о том, что у ассистента Его Темнейшества живёт девица эльфийских кровей.

– Стой! – крикнула вслед Браруну. – Как закончишь, отведи её в башню и скажи, что это новая горничная.

– Спасибо, – Раена поклонилась мне, – за вашу доброту, господин Креу. Я никогда этого не забуду и постараюсь отплатить вам как можно быстрее.

– Вот и славно, – не стала спорить я. – Отплати мне хорошей работой, присмотри за девушками. Им несладко живётся, всего и развлечений – дрожать перед Его Темнейшеством и пытаться очаровать меня, Браруна или стражников.

Ободряюще улыбнувшись ей, поспешила к своему извечному мучителю в башню, – сегодня вместо каши принесла Морэру немного хлеба и мяса, но когда вошла в покои Его Темнейшества, то сразу почуяла неладное. Портрет, ранее украшающий стену, исчез. А ведь он так нравился Дэшу, что тот мог долго рассматривать рисунок, слушая мои истории обо мне… То есть о Лили из другого мира.

Дракона тоже не было, и это настораживало ещё сильнее. Я заглянула в каждую комнату, сунула нос даже в гардеробную, где ранее нашла отравленного мужчину, но вокруг не было ни души. Пробормотала, всё сильнее волнуясь:

– Да куда он делся-то? Если выздоровел и решил показаться перед хавенами, то зачем прихватил с собой портрет? – Мечтательно улыбнулась: – Не может с ним расстаться? Влюбился, что ли?..

– Беда!

Вздрогнула от наполненного паникой голоса Браруна и метнулась к дверям, где мы столкнулись лбами.

– В женской башне… – вытаращил глаза: – Мор!

– Что? – остолбенела я. – Как?!

– Говорят, болезнь принесли приходящие служанки, – едва не плача, простонал мой помощник и потащил меня по коридору. – А на деревню зараза спустилась с гор… Но хуже всего то, что в этом обвиняют вас, господин!

– Меня? – Нахмурилась я и, припоминая приказ Морэра, последовала за сыном ключника.

– Потому ты и виноват, – услышала я смутно знакомый голос и резко обернулась. При виде человека, который орал на меня в первый день попаданства, покрывая благим иномирным матом, похолодела: – Акес? Ты ещё жив?

– А вот ты скоро сдохнешь, вонючий свиноголовый отморозок! – выплюнул он и криво ухмыльнулся.